Маки.
Дед расскажи мне про войну, ты помнишь? Помню. Вечером.
Давай-ка после бани.
Вздыхая я ещё не понимал. Давай.
Давай и за одно друзей моих помянем.
"Я помню молодой, я был"
И бровь предательски у деда задрожала.
Осколок? Всё ещё болит?
Ты терпишь?
Да терплю.
Слеза в трофейную махорку.
Вдруг упала.
А почему ты плачешь?
Больно?
Больно. Молчит, а бровь ещё дрожит.
Нас было много, позже стало мало.
"Я помню дым и порох, выстрелы и дым"
Дед если тяжело тогда не надо.
Нет. Я хочу чтобы ты знал.
Я всё прошёл, прополз от Подмосковья до Рейхстага.
Потом в Японию.
Потом на Сахалин.
А позже в Казахстан.
А где закончилась твоя война?
Ты знаешь, я ещё воюю. Мал помалу.
Не часто, стало отпускать.
Со мной пойдёшь?
Куда?
Не на войну.
Мне завтра на парад.
Ты остальные ордена оденешь.
На пиджаке уж места не осталось.
Пойду конечно! Я с тобой!
Мне 10 или 9 я не помню.
Он помнил всё и тот последний бой.
Уже тогда их оставалось очень мало.
Дед в этот день любил, и не гвоздики, не тюльпаны.
Всегда их брал с собою на парад.
В газете.
Простые полевые маки.
Они родней. Он как-то раз сказал.
Потом когда уже и сил совсем не стало.
Я эти маки сам ему срывал.
Я помнил. Утром рано.
Дед прости.
Тут где живу сейчас их нет.
Они тут позже зацветут.
И мысленно к тебе приеду.
На могилку.
Я помню. Этот день.
Я помню все твои рассказы.
И бровь предательски дрожит.
Наверное мне это от тебя досталось...
В память о Дедушке Иване