Здравствуйте, «Орская хроника»! Хочу рассказать, как позавчера издевались над инвалидами на кладбище.
Мой сын похоронен в 46-м секторе кладбища «Степное». Просили место поближе, поскольку не в состоянии так далеко ходить навещать, но специалист «Реквиема» заверил, что после 16 часов на родительский день на территорию кладбища пускают на машинах. Сказали взять с собой документы на всякий случай, может быть, пустят даже пораньше.
Мы так и сделали. Взяли документы, приехали ближе к 16 часам. На воротах замок, машины велено оставлять за воротами. С нами даже разговаривать никто не стал, не то что смотреть документы и вникать в ситуацию. Не положено – и все! И никакой информации, будут ли пускать позже, мы бы подождали. В итоге муж взял табуретку, воду, и мы пошли пешком. Это надо было видеть: я с клюшкой и муж с табуреткой. Обоим по 73 года, инвалиды. С собой еще пакет тащим. Пройдем 10 – 15 метров, я сажусь и отдыхаю. Муж стоит рядом или, если повезет и недалеко оказывается скамейка, то садится на нее. То и дело к нам подходят люди, интересуются самочувствием и предлагают помощь. А мне и помочь-то нельзя, ноги больные, практически не ходят. Это еще хорошо, что обезболивающее выпила перед поездкой. В общем, на путь до могилы и обратно у нас ушло часа три.
Если бы это все происходило на кладбище поселка Первомайского или на мясокомбинате, то у меня бы и не возникло вопросов, там яблоку негде упасть, не то что машинам ездить. Но на «Степном» столько места! Там самолеты сажать можно... Так почему не пустить инвалидов на машине, тем более если есть все документы? Почему нельзя пропускать по три машины, например? Зачем там тогда полиция стояла вообще?
Я предвидела эту ситуацию, когда хоронили сына, просила ближе, но ближе не оказалось места для могилы на троих. Мы с мужем хотим быть похороненными вместе с сыном. Была даже мысль отказаться от большой могилы в 46-м секторе, но нас заверили, что проблем не будет. И вот пожалуйста. Что же это за отношение такое к людям?
А. Потапенко.