Когда нацистская армия в 1940 году собиралась атаковать Францию через Арденны, холмистую местность, покрытую густыми лесами, у генералов была одна серьезная проблема: усталость. Солдаты просто не могли сражаться с противниками и в то же время пробираться через горы, потому что им пришлось бы отдыхать ночью и, таким образом, оставаться уязвимыми.Генералы начали давать солдатам средство с «решением». Это был Первитин, нацистская версия «кристаллической мета» в форме таблеток, которые употреблялся один раз в день, дважды в течение ночи и «несколько раз по мере необходимости». Нацистская стратегия была описана Норманом Олером в его новой книге «Blitzed», объясняющей, что изначально незаконные наркотики были неотъемлемой частью экспансии нацистского режима. - Нет лекарств, нет вторжения. Это позволило им бодрствовать три дня и три ночи. Ромель, который тогда возглавлял одно из танковых подразделений, и все другие генералы принимали наркотики. А без танков ты бы точно не победил, сказал
Когда нацистская армия в 1940 году собиралась атаковать Францию через Арденны, холмистую местность, покрытую густыми лесами, у генералов была одна серьезная проблема: усталость.
Солдаты просто не могли сражаться с противниками и в то же время пробираться через горы, потому что им пришлось бы отдыхать ночью и, таким образом, оставаться уязвимыми.Генералы начали давать солдатам средство с «решением». Это был Первитин, нацистская версия «кристаллической мета» в форме таблеток, которые употреблялся один раз в день, дважды в течение ночи и «несколько раз по мере необходимости».
Нацистская стратегия была описана Норманом Олером в его новой книге «Blitzed», объясняющей, что изначально незаконные наркотики были неотъемлемой частью экспансии нацистского режима.
- Нет лекарств, нет вторжения. Это позволило им бодрствовать три дня и три ночи. Ромель, который тогда возглавлял одно из танковых подразделений, и все другие генералы принимали наркотики. А без танков ты бы точно не победил, сказал Олер за «Гардиана».
По его словам, во время Второй мировой войны наркотиками баловались не только солдаты. Самому Адольфу Гитлеру ежедневно давали уколы оксикодона, наркотического близкого морфина и кокаина, когда шла война. И так до того момента, когда бомбардировки союзников фактически не разрушили все фармацевтические заводы, которые снабжали Гитлера «наркотиками». Это тогда привело к эпическому кризису воздержания.
- Все эти последние дни в бункере описывают плохое здоровье Гитлера. Но без четкого объяснения.Предполагается, что это была болезнь Паркинсона, но, насколько я понимаю, ясно, что проблемы вызваны отсутствием наркотиков. Да, это должно быть довольно плохо; в то же время он проигрывал мировую войну и переживал кризис от отказа от наркотиков, сказал Олер.
Он было в огне, когда начал оставаться без того, что его поддерживало.Внезапно он согнулся, скрючился, он казался очень несчастным. Все благодаря личному врачу Гитлера Теодору Морелю, который приобрел определенную репутацию в конце 20-х годов, давая своим пациентам инъекции наркотических веществ. Гитлер, однако, часто имел проблемы с пищеварением. Наконец, именно Морель дал ему бактерию, которая уравновесила его пищеварение.
Любовь Гитлера к нему только разгорелась, и она укрепилась в 1941 году, когда Морель умер за очень короткое время от введения гормонов животных.
Когда началась Вторая мировая война, Гитлеру понадобилось все больше и больше чудесных капель кокаина и подобных препаратов. Олер считает, что Морель был не злым человеком, а лишь человеком, который не очень хорошо пережил падение нацистского режима. Он не совершал никаких преступлений, у него не было души, и он был одним из немногих людей, которым Гитлер доверял.
Если наша статья была Вам полезна, нажимайте большой палец вверх, пишите комментарии и подписывайтесь на наш канал.