Вчера мы с Вами разобрали произведение в общих чертах, но сегодня я хотел бы поглубже углубиться в его философию и поговорить с вами о чем, в итоге, был «призрак».
В период, когда «Призрак в доспехах» вышел в свет, мало кто пытался заглянуть там далеко и считал что киберпанк может быть не просто развлечением, а еще и философским произведением. Помимо глубины поднимаемых вопросов «Призрак» ознаменовал собой целую эпоху в истории киберпанк стилистики и породил так знакомые нам тенденции. Мир «Призрака» сохраняет черты различных культур, из за чего практически каждый найдёт в нём что-то «своё», но при этом является миром сверхразвитых технологий, все ещё далеких и недоступных.
Теперь, когда мы вспомнили важные для сегодняшнего поста темы, перейдем непосредственно к теме заявленной. «Призрак в доспехах» (две полнометражные картины, немного затронем вторую, так как одна из заглавных тем там раскрывается, на мой взгляд, лучше) раскрывает три важных вопроса: «индивидуализм сознания собственного и индивидуальность иного существа?», «что такое внешнее и внутреннее?», «где пролегает граница между искусственным и естественным?». Есть еще несколько косвенных проблем, которые я указывал в прошлом посте о «Призраке», но сегодня разберём конкретно эти.
Начнем с первого вопроса и далее по списку.
Индивидуальность
Первая проблема, с которой сталкивает зрителя Осии Мамура, не разрешена до сих пор. Однако, ряд ответов творец все-таки пытается дать как в диалогах, так и через сам мир мультфильма. Например, идея «призрака» – некоей сущности кибермозга, который является всего лишь проекцией виртуального ИИ, «срисованного» с личности «оригинала» в теле киборга. Что приводит не только к вопросам «а может ли копия считать себя оригиналом?», но и к «что есть оригинал?». Каждый из нас, с возрастом, формирует собственную личность, своё эго. В мире, где эго представляет из себя скопление информации, можно ли быть полностью уверенным в собственной индивидуальности?
Об этих опасениях или, лучше сказать - глубоко подавляемых переживаниях, повествует диалог Бато и майора Кусанаги, произошедший на лодке майора:
«Кусанаги: – Знаешь, киборги вроде меня иногда страдают мыслью о собственном происхождении. Порой мне кажется, что я – это не я, что я давно умерла и что мой мозг засунули в это тело, или наоборот – что меня никогда не существовало и я полностью искусственна, как эта оболочка.
Бато: – В твоем титановом черепе настоящий мозг, к тебе относятся как к настоящему человеку, так что хватит заморачиваться.
Кусанаги: – Так я об этом и говорю, единственное ощущение, что у меня человеческие мозги, появляется только благодаря тому, как ко мне относятся, но кто знает, что на самом деле у нас внутри.
Бато : – Такое впечатление, что ты сомневаешься в своем призраке.
Кусанаги: – А что, если кибер-мозг может самостоятельно создать свой призрак, создать душу сам по себе, и если это так – какая разница, человек ты или машина».
После прочтения диалога становится очевиден посыл: в условиях, когда достоверно определить присутствие сознания и его индивидуальность нельзя, единственным способом формирования мировоззрения и мирооощущения как существа, наделённого эго, является отношение к тебе окружающих. Однако фундаментальная проблема «сущности», точнее сказать, ее наличия, остается не разрешенной, ведь есть ещё проблемы.
Дело вот в чем: сознание не может быть полноценным предметом исследования и изучения, так как любой исследователь сам для себя является и предметом, и объектом, и субъектом исследования. Лучше всего, на мой взгляд, данную мысль сформулировал Эрвин Шрёдингер:
«Невидимый, непостижимый, лишенный каких-либо очертаний, он не является «вещью» вообще. Разум не подвластен ощущениям и посему остается неподтвержденным навеки.».
То есть пока разум, есть нечто «неосязаемое» и, соотвественно, «непознаваемое», мы так и будем топтаться на месте, способные только лишь предполагать.
Вернемся к диалогу, в результате высказанного Кусанаги радикального сомнения, Бато замечает за майором тенденцию к околосуицидальным поступкам, в которых героиня находит спасение от бессмысленности и тщетности собственных размышлений. Такая редукция позволяет ей оставить в стороне вопрос о сути той или иной «вещи» и говорить лишь о ее проявлениях. Таким образом Кусанаги спасает себя от решения вопроса индивидуальности и во главу угла ставит само явление сознания:
«А что, если кибермозг может самостоятельно создать свой призрак, создать душу сам по себе, и, если это так – какая разница, человек ты или машина».
В контексте аниме фразу можно переиначить: «Какая разница кто ты: копия или оригинал, если по каким-то косвенным признакам ты способен констатировать наличие у себя сознания и его индивидуальности». Не вполне удовлетворительный ответ на первый вопрос, который, впрочем, хорошо демонстрирует тщетность наших попыток, как носителей сознания, познать его.
Внешнее и внутреннее
Вторая проблема, которой касается аниме и которую также стоит рассмотреть в философском ключе – соотношение внутреннего и внешнего. В «Призраке» данный вопрос видоизменяется вследствие контекста, то есть его можно сформулировать так: может ли память, в условиях всеобщей кибернетизации, служить гарантией того, что ты обладаешь неким «собственным» и «неповторимым» опытом?
В философии проблему соотношения внешнего и внутреннего сформулировал Рене Декарт и, благодаря ему, она стала основополагающей для современной науки и философии. По Декарту, есть две субстанции: «мыслящая» и «существующая». Условно субстанции можно называть «душой» и «материей».
Первая – служит источником чувств, мыслей, желаний и наконец воли. Вторая – хочет есть, пить, спать, размножаться и служить основанием для возникновения чувств. Но и «мыслящая» субстанция в какой-то мере определяет «протяженную» побуждая ее к «движению», через проявление воли. Однако, не стоит понимать взаимодействие между субстанциями, описанное Декартом, как будто они со временем видоизменяют друг друга. Субстанции, влияя друг на друга, существуют параллельно друг другу.
Декарт считал, что подобный параллелизм во взаимодействии двух начал является лучшим объяснением их природы. Поэтому, видимо, и было использовано понятие субстанции – чего-то самостоятельного и независимого.
Однако вернемся к вопросу. В аниме проблема соотношения двух начал рассматривается под немного иным углом. Сейчас почти каждый из нас может быть уверен в том, что его внутренний опыт – его собственный, так как между внутренним и внешним пролегает очень четкая граница. И каждый может с уверенностью сказать – «мои память и мышление определяют меня, как сознательного субъекта, обладающего неповторимым внутренним опытом». Это так, но только если можно точно знать, что есть «мыслящая» и «существующая» субстанции, а между ними пролегает непреодолимый барьер.
Но история человечества показала – «неодушевленные» предметы тоже могут накапливать информацию, иначе говоря, они тоже по-своему помнят и даже мыслят, а значит все может быть не так однозначно. Речь сейчас идет о компьютерах и высоких технологиях в целом. В «Призраке» перед нами мир, где границы между субъектом и объектом, или же двумя субстанциями (мыслящей и существующей), или человеком и киборгом - стерты. И все из-за того, что нет четкой границы, определяющей чтó можно считать внешним (чужим), а что – внутренним (моим).
Любопытная ситуация: имея возможность устранить барьер субъективности в виде своего восприятия или мышления, или же просто «Другого», как рассказчика, и получать информацию «напрямую», теряется уверенность в своей индивидуальности и в том, что хранится в твоей памяти. Более нельзя сказать: событие, которое я вспомнил, не является результатом чужого вмешательства, я это помню потому, что со мной это случилось.
И все-таки, в чем конкретно не может быть уверен Бато? А не может быть уверен он в том, что был факт приобретения внутреннего опыта, конвертирования внешнего события в воспоминание о нем. А если нельзя быть уверенным в факте перехода одного в другое, то и о разнице между двумя противоположностями говорить тоже не приходится. Как следствие, чтобы не сойти с ума, приходится быть неуверенным во всем, в том числе в наличии неповторимого, не копируемого «Я».
Естественное и искусственное
Последний вопрос можно перефразировать так: являются ли привычные атрибуты жизни и жизнедеятельности существа доказательством того, что оно живое, а не просто имитация? И вновь мы прибегаем к помощи Декарта и его «cogito ergo sum» - «мыслю, следовательно, существую» – ответ, который может быть доказательством «жизни» в созданных условиях, когда разница между естественным и искусственным стерта.
Этот ответ на вопрос «кто ты?» дает «Кукловод» в одном из диалогов первой части.
«Я – живое, мыслящее существо, рожденное в океане информации. Я осознаю собственное существование».
Способность осознавать самого себя – вот критерий, дающий повод считать нечто живым, и не важно, какие из привычных атрибутов ему присущи. Правда сказать, рассмотрение вопроса не оканчивается декартовским вариантом ответа. Во второй части «Призрак в доспехах: Невинность» Осии Мамура снова ставит биологическую модель жизни под сомнение, но уже иначе определяет критерий жизненности:
«Вопрос в том, является ли живым существом то, что представляется живым? Или напротив, нет ли жизни в бездушной вещи? Вот почему человечество так одержимо созданием кукол. Они сделаны по образу и подобию человека. Они, в сущности, и есть люди, и человеку становится страшно от мысли, что он всего лишь тонкий механизм. Другими словами, это страх того, что человечество ничего из себя не представляет»
В сущности, цитата отсылает нас к проблеме «Игры в имитацию» Алана Тьюринга. Зрителя ставят пред интересным утверждением: возможно, наши представления о жизни проистекают не из нее самой [cущность никак не связана с явлением], а из нашего воображения о ее атрибутах, которые формирует «воображаемый» конструкт жизни. Проще говоря, человек играет в имитацию жизни с самим собой. Например, мы привыкли думать, что живое должно двигаться и говорит или издавать звуки. Также мы привыкли думать, что биологически живое растет и изменяется. Но в мире «Призрака в доспехах» машины способны делать то же самое.
«Человечеству всегда чего-то не хватает. Теория Дарвина о естественном отборе утверждает, что обретя руки, мы получили право на познание, в чем сильно превзошли матушку природу. Иллюзия жизни, подкрепленная механизмами – вот источник наших кошмаров»
Можно резюмировать следующим: Осии Мамура в «Призраке» возрождает механистические тенденции в понимании происхождения жизни и утверждает несостоятельность биологической модели. Как следствие, «кукла» или киборг представляются не менее живыми, чем, к примеру, человек. Искусственное становится естественнее естественного. Надстройка превращается в базис. Нет ничего, что помогло бы дать гарантии что ты не «кукла», а «Кукловод».
Благодарю за прочтение!
Для того что бы понять, что было в произведении помимо философской глубины, посмотрите мой прошлый обзор!
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки и делитесь своим мнением ниже в комментариях, а главное, помните - мир куда интереснее, чем кажется изначально!)