Ночь опустилась на лес мгновенно, будто лампочку выключили.
Ночной лес живёт своей, жуткой жизнью. Звуки становятся чётче, не надо прислушиваться, чтобы уловить взмах крыла ночной птицы.
Она грузно опустилась на еловую ветку, три раза ударила крыльями, и на землю опустилась девушка, с пером совы в руках.
Её глаза светились в темноте, как два фонаря, освещая дорогу к избушке.
Огонь в очаге освещал комнату. Она сидела за столом и смотрела на своё отражение в зеркале.
- Ну вот, этой порции мне хватит на месяц. Месяц свежести, красоты, и молодости. Но как же я устала. Устала искать эти чистые, наивные души.
Огонь в очаге погас. Она закрыла избушку, села в машину, и поехала в сторону города.
- Дорогой, завтрак готов, - позвала Наина мужа.
- Милая, ты сегодня прекрасно выглядишь, даже помолодела.
- Гордись такой красивой женой.
" Чертовка, пятнадцать лет живём вместе, а она как была девочкой, так и осталась.", - думал Михаил, допивая кофе.
- Хорошего дня, дорогой, - крикнула Наина, закрывая за ним дверь.
Она медленно ехала по двору, вглядываясь в мамочек на детской площадке. Ага, вот та, что сидит особняком, должна подойти.
Присела на соседнюю скамейку, достала блокнот, что-то пишет.
- Мама, мамочка, а тот мальчик меня ударил, - девочка вся в слезах подбежала к маме.
Мама обнимет, целует, что-то шепчет на ушко, девочка улыбаясь убегает в песочницу.
- Дети, прелестные создания, - говорила Наина, с нежностью смотря в след убегающей девочки.
Через час она знает о матери девочки всё, что ей нужно. Мать-одиночка, много работает, чтобы обеспечить ребёнка всем необходимым. Родственники от неё отвернулись, отец ребёнка исчез в неизвестном направлении, подруг нет. Идеально.
В очаге горит огонь. Наина, с горящими глазами стоит над кипящим котлом.
- Элоим шалои гарене. Подчиняйся мне, забудь себя, отринь жизнь, - шептала она, бросая в котёл разные травы.
Готовое зелье перелила во флягу.
На следующий день Наина, случайно, столкнулась со своей новой знакомой в магазине.
- Светочка, здравствуйте, как я рада вас видеть, - искренне воскликнула Наина.
Они шли медленно. Света несла сумку с продуктами, Наина помогала везти коляску. Шли, разговаривая, как старые знакомые. Давно Света не чувствовала себя так легко и свободно.
- Может зайдешь, чаю попьём, - предложила она Наине.
- С удовольствием.
Пока Света занимала ребёнка Наина хозяйничала на кухне, заваривая чай.
- Ой, ты уже всё приготовила, - удивилась она, устало опускаясь на табуретку.
- Отдохни, дорогая, ты слишком устала, - сказала Наина, протягивая чашку.
В течении двух недель такие посиделки стали неотъемлемой частью жизни Светы. Наина готовила чай, Света выпивала, и не помня себя от усталости засыпала. Это продолжалось до тех пор, пока во фляге осталось на одну чашку.
Месяц был на исходе, надо спешить.
В этот раз Света выпила свой чай равнодушно глядя на дочь, которая тянула к ней ручонки.
- Пойдём со мной, мама устала.
Наина усадила девочку в кресло, дала в руки перо совы. Глаза загорелись огнём, она впилась прямо в глаза девочки и запела. Древняя песня, призывающая светлую душу выйти наружу, лилась рекой. Наина пела, танцуя танец дервиша, неистово и страстно.
Сова оглянулась на девочку, которая сидела неподвижно, сжимая перо в руке.
Ночь быстро опустилась на лес. Ещё одна невинная душа подарила месяц молодости ненасытной Наине.