Ехал как-то один парень в электричке из пригорода в Донецк. Смотрит — зашёл в вагон старик-нищий. Он шел, протягивая руку для подаяния, ему давали монетки, он кивком благодарил и шел дальше, не произнося ни единого слова. Подходит к этому парню, протягивает руку. Парень выгреб из кармана всю мелочь и отдал старику. Их взгляды случайно встретились, и парень был шокирован: в глазах старика не было зрачков, они словно выцвели. Парня вдруг охватил жуткий страх, и он поспешно отвёл глаза. А старик спросил: «Последние отдал?» Тот ничего не ответил, сконфуженно уставился в окно. Когда повернулся, старика уже не было в вагоне. Долго потом не мог отойти от шока. Кто этот старик? Почему у него такие глаза? Сколько ему лет? И откуда, откуда знает, что деньги действительно были последние! Парню даже плохо стало — то ли от этой встречи, то ли от хронического недоедания из-за безденежья.
А через пару недель старик пришел к нему во сне. Подошел и неторопливо произнес: «Пойдешь, сегодня на рынок и купишь у женщины, которая к тебе подойдёт, фарфорового барашка с приклеенной головой. Дома его разобьёшь, что найдешь там — продай, а деньги раздай нищим. А теперь повернись лицом к стене и спи».
Стал парень поворачиваться и проснулся. Слова старика, неторопливые, но властные, эхом звучали в голове. До утра он так и не смог уснуть. А утром в любом случае надо было ехать на рынок. Приехал он в Донецк, там привокзальный рынок огромный. Воскресенье, людей — море, пробирается он сквозь толпу. Вдруг кто-то дергает за рукав. Оглянулся — стоит женщина маленького роста, и достает из-под старого пухового платка фарфорового барашка. «Молодой человек, купите статуэтку! Гривна всего, хороший баранчик, берите!»
Парень взял барашка в руки — на его шее виднелась полоска клея. Беднягу даже в жар бросило, в глазах потемнело. Отдал он женщине деньги, и всю дорогу его мучило любопытство — что же внутри. С большим трудом дотерпев до дома, отломил головку — внутри лежал золотой перстень, завернутый в вату, чтоб не стучал.
14,5 грамм оценили в скупке в 87 гривен. Эти деньги он разменял на мелочь и долго ходил, милостыню раздавал. Себе не взял ни копейки, боясь старика. Этот страх остался до сих пор, хотя старика он больше не встречал ни во сне, ни наяву