Часть розового тоника смылась, и местами проступил блонд: волосы стали похожи на пережёванную жевачку. От вчерашнего веселья отекло тело. За окном всё утро – противное авторадио. Само собой, жить не хотелось.
По телевизору показывали старичка, который отговаривает самоубийц прыгать со скал. Что он говорит им – не знаю. Уверена, если бы он только увидел меня сегодня, то лишь развёл бы руками: «Прыгнуть со скалы – это вон там».
Села за редактуру аудио и включила первые выпуски нового сезона детского голоса. Опять неправильно ударила слово «локтем» на видимую только мне букву «ё». Пришлось перезаписывать этот кусочек, и звук вышел глуше, чем остальное, но я всё равно его вставила: другой день, другая я и звучание совсем иное, но для слов автора даже подходит. Надо запомнить это состояние и писать в нём ремарки, а бойкость оставить для диалогов.
Муж помыл машину и отштукатурил стену. К апатии примешалось чувство стыда за то, что я – плохая жена, не помогла ему, потому что