Ирина Александровна смотрела на открытую таблицу в экселе. В состояние задумчивого созерцания ее погрузил ряд чисел, которые она только что получила в результате простой арифметики.
По расчетам выходило, что с момента, когда высшие силы решили, что для мировой гармонии не хватает ее существования, прошло
18 262 дня
438 288 часов
6 297 260 минут
1 577 836 800 секунд
Цифры, как бильярдные шары от удара кия, раскатывались у нее в голове, вертелись как в барабане лото, и выпадали в заданном порядке вытащенного ею лотерейного билета жизни.
Конечно, то, что она вообще родилась, было само по себе призом в гонке сперматозоидов. Но бурной радости факт физического существования не приносил – это воспринималось как обыденность, как данность. Ликования «Я есть!» на ее памяти никто не испытывал, все только жаловались.
Михаил Иванович, главный бухгалтер, вошел в кабинет со словами «И что ты обо всем этом думаешь?» Она не сразу поняла, что он имеет в виду не цифры на мониторе, а пересуды.
Небольшое производство на окраине города, где Ирина Александровна занимала должность руководителя, по слухам, собирались продавать. От владельца никакой информации на этот счет не поступало, но в свои редкие визиты он вел себя фальшиво-бодро, и особо тщательно изучал результаты недавно проведенных аудита и ревизии.
Она встала, подошла к окну, и задумчиво посмотрела на клумбу под окнами. К середине апреля снег уже сошел, и первая молодая зелень покрывала землю.
- Не знаю, Миша, не знаю. Иногда я думаю, вот было бы мне сейчас лет двадцать, как бы я свою жизнь построила? Ушла бы отсюда, это первым делом.
- Да ладно, ты и так не старая же! – засмеялся Михаил, но букеты цветов, стоящие в вазах на боковом столе напомнили ему о юбилее хозяйки кабинета. – Не грузись, жизнь удалась! – он повел руками, приглашая полюбоваться на тюльпаны и розы, и вышел.
«Да уж, удалась…» невесело подумала про себя Ирина, и опять принялась рассматривать монитор.
С одной стороны, грех было жаловаться – семья и быт, все налажено и функционировало, беспомощных младенцев и больных стариков, которые требовали бы ежедневного ухода, не было, муж и кошка не доставляли хлопот, зарплата позволяла вести размеренную жизнь, вполне сытую по местным меркам.
Но в редкие минуты откровенных размышлений о себе, она прекрасно понимала, что вся ее жизнь – это большой, красивый, радужный мыльных пузырь. Что дети уехали и вряд ли вернутся, что муж – тихий пивной алкоголик, уже десять лет как завел любовницу и его нагулянный на стороне сын в этом году пойдет в школу. Что квартира, в которой она живет, принадлежит мужу и идти ей, в случае чего, некуда. В родительском доме, где жили братья со своими семьями, места не было – четвертой хозяйке на кухне никто не обрадуется.
Она посмотрела на монитор и усмехнулась – сумма ее накоплений на черный день практически равнялась количеству прожитых дней.
«Рубль в день – вот моя цена».
- Ирина Александровна, - в дверях стояла и улыбалась Маргарита, секретарь, - все вас ждут!
Было слышно, как в столовой, расположенной в конце коридора, разговаривают сотрудники, собравшиеся для поздравлений и небольшого фуршета по случаю праздника. Раздался хлопок открываемой бутылки шампанского, и Рита нетерпеливо кивнула головой в сторону.
- Иду! – Ирина встала из-за стола, еще раз посмотрела на экран и нажала крестик в правом верхнем углу программы.
«Сохранить изменения в файле»? спросил компьютер.
«Нет».
фото с сайта goodfon.ru