На следующий день мы не смогли выйти на работу, даже проснуться не смогли в 4 утра. Болело все тело от непривычных нагрузок. Было совершенно четкое желание уехать обратно в Россию и не возвращаться больше никогда в эту страну Утренней Свежести. Благо у нас просто не было денег на обратные билеты, поэтому выбор был очевиден — остаемся и терпим(родился, потерпел и умер).
Мы, естественно, высказали свое негодование корейцу, описав все в ярчайших красках, по-русски. К нашему удивлению он похвалил нас и сказал, что это была одна из сложнейших работ, многие не отрабатывают и половины дня. Этот факт полностью подтверждаю и это здравый смысл, когда ты просто отказываешься работать, чувствуя, что урон здоровью превышает возможный заработок.
Такие выходки портят репутацию, корейцы скорее будут работать медленно, пыхтеть и кряхтеть, но работать. Будут ныть, жаловаться, а иногда и кричать, но будут работать, стараться. Эта черта в них мне глубоко симпатична, целеустремленность — часть культуры Кореи.
Наш кореец назвался Хёном, позднее мы узнали, что это не имя, а буквально Старший брат. Называть свои корейские имена каждому встречному в Корее не принято, считают, что это слишком личное. Из разговора мы узнали, что работа на женьшене была разовой, чтобы проверить "на что мы способны".
Основная работа на заводе(о заводах вот здесь) какао и сахара в закрытом помещении в корейской команде. Дневные и ночные рабочие смены, трехразовое питание и периоды отдыха. Работать двоим нужно было выходить уже на следующий день и мы долго решали, кто останется отдыхать (приехали работать называется). С утра пошли на остановку, сели на указанный Хёном автобус и поехали. Не без труда нашли сам завод и, минуя проходные, направились в главный корпус переодеваться... продолжение
Навигация по каналу, оглавление
Если материал оказался вам интересен, то лайком и подпиской вы можете отблагодарить автора. Комментарии и пожелания приветствуются.