[ Предыдущие Главы здесь - - - >
Глава 1 , Глава 2 , Глава 3 , Глава 4 , Глава 5 , Глава 6 , Глава 7 ]
Проводник сел рядом со стариком. Тот смотрел перед собой. В его неподвижных зрачках мелькала смазанная картина тоннеля, по которому несся состав. Гул и скрежет рельсов обволакивал слух, поглощая даже собственные мысли старика. Он встрепенулся и прокричал на ухо своему гиду:
- Кто они: уборщица, полицейский, парень с липовыми дипломами, гитарист? Ангелы или демоны?
- Вы читали “Рождественскую песнь” Диккенса? Ну, конечно читали. Я осведомлен о Вашей блестящей домашней библиотеке. Так вот, считайте, что мы путешествуем по трем главным вехам Вашей жизни.
- Но я не Скрудж!
- Разумеется! Но Вы всю жизнь сетовали на три события Вашей истории. Пришло время взглянуть, был ли смысл в Ваших обидах.
Старик хотел возразить, но тут же вспомнил про игрушечный паровозик. Он все еще сжимал в жилистых руках несколько странных дипломов.
- Уже уплачено! Тот парень сказал, что за все уже уплачено! Что это значит?
- К сожалению, не успею ответить на Ваш вопрос. Мы подъезжаем к следующей станции.
Старик начал подниматься, но Проводник вернул его обратно, грубовато надавив на плечо. Гнусавый голос объявил о прибытии на станцию Море надежд. К удивлению старика, в распахнувшиеся двери хлынула толпа молодых людей в пестрых летних нарядах. Как юркие насекомые, они быстро расползлись по вагону, и уткнули носы в книги, газеты и гаджеты.
Как только состав тронулся, Проводник бодро соскочил, и велел старику следовать за ним.
Он подошел к блондинке в широкополой плетеной шляпе, и нагло заглянул через ее плечо. Блондинка не обратила и малейшего внимания на такую дерзость, и продолжила листать модный журнал с надменным скучающим видом.
Проводник велел старику взглянуть на журнал, но тот воспротивился даже приближаться к девушке.
- Ах, Виктор Петрович! Она нас не видит. Мы для нее - словно призраки, - увидев испуганный вид подопечного, он тут же подбодрил его. - Призраки прошлого! Мы всего лишь зрители, которые изучают ретроспективу Вашей жизни.
Повинуясь Проводнику, старик неуверенно подошел к девушке. Прищурясь, он прочитал заголовок статьи - “Артек. 1956 год”.
Ему 15. Он пионер. Ученик 9А класса. Хорошист. И сидит за одной партой с Катькой Жуковой. Катькой… Это Васька ее так называл. А для Витьки она всегда была Катюшей. Девочкой с длинными каштановыми косами и самыми красивыми бантами. Никому они так не шли. Не только в классе - на всем белом свете.
Хрущевская оттепель подарила мальчишкам Зеленоалтайска незабываемые впечатления юности. По вечерам они ходили на танцы, кружили девчонок под энергичную музыку. А девчонки - одна ярче другой - в пышных разноцветных юбках, с завитыми локонами, белых гольфиках, на лебединых шейках увесистые круглые бусины. И Катюша в этом поле весенних соцветий была самым удивительным бутоном. Первоцветом! Заходила в актовый зал, и все замирали: плывет сама Весна!
Красавица, гордость семьи, любимица учителей. Лучшая в соревнованиях по легкой атлетике, отличница, староста. Мечта!
Только Витьке до это мечты было, как до Луны. И то, с “билетом” в один конец. Но он не терял надежды. Заводил робкие разговоры, провожал до дома… Когда случалось, что Катюша шла после школы одна. А случалось это довольно редко. Ухажеров у нее был пруд пруди.
Приходил поболеть на соревнованиях. Да и тут его радостные возгласы таяли в потоке оваций от всех многочисленных поклонников Катюши. Они ей охапки цветов бросали. А он что? У него денег на такие букеты не было. Так, только три вялые ромашки, сорванные в палисаднике у дома.
А Еремеев так вообще: однажды подарил настоящие французские духи. Дядька его был партийным, постоянно в Европу летал. Племянник для себя не просил ничего, все выжидал. И вот на пятнадцатилетие Катюши решил сокрушить конкурентов одним махом: заказал родственнику один подарок, но зато - на всю жизнь. Так и вышло: Катька дар речи потеряла, а потом и фамилию. После школы выскочила за него замуж. Вот такой вот подарок сделал дядька Коля своему племяннику.
Как с таким было тягаться? Сиди только рядышком за партой, и украдкой дотрагивайся локтем до ее нежной загорелой ручки.
А Витька все время бледным был, как поганка. Вот и мечтал в тот год оказаться в Артеке, на море поехать. Увидеть, какое оно. Приехать потом, и похвастаться, что слушал шепот настоящих волн, пробовал на вкус соленую воду, наслаждался этой призрачной далекой для его сверстников лазурью.
