За свой хлеборобский век В.М. Чердинцев сотни раз испытывал и совершенствовал комбайны, на которых трудился. К его советам, замечаниям и предложениям прислушивались инженеры-конструкторы, работавшие над созданием сельхозмашин. Один такой захватывающий эпизод из своей жизни Василий Макарович поведал мне на нашей встрече: – …Потом пошли комбайны и другая техника, которую мне давали на испытание, на исследование. Я на «Ростсельмаш» ездил ни один раз, а потом и сюда приезжали генеральный конструктор и генеральный директор «Ростсельмаша». Однажды около Каргалы на бугре произошла интересная встреча. Там были заведующий промышленно-транспортным отделом Оренбургского обкома КПСС Александр Григорьевич Костенюк и первый секретарь обкома. У меня уже сложился агрегат, три комбайна укомплектованы, соцобязательства были, чтобы соцсоревнование шло, и каждый день информация вывешивалась в газетах областных – кто сколько чего выполнил, драка была такая! Мой показатель был второй, потом я на первый вы
За свой хлеборобский век В.М. Чердинцев сотни раз испытывал и совершенствовал комбайны, на которых трудился. К его советам, замечаниям и предложениям прислушивались инженеры-конструкторы, работавшие над созданием сельхозмашин. Один такой захватывающий эпизод из своей жизни Василий Макарович поведал мне на нашей встрече:
– …Потом пошли комбайны и другая техника, которую мне давали на испытание, на исследование. Я на «Ростсельмаш» ездил ни один раз, а потом и сюда приезжали генеральный конструктор и генеральный директор «Ростсельмаша».
Однажды около Каргалы на бугре произошла интересная встреча. Там были заведующий промышленно-транспортным отделом Оренбургского обкома КПСС Александр Григорьевич Костенюк и первый секретарь обкома. У меня уже сложился агрегат, три комбайна укомплектованы, соцобязательства были, чтобы соцсоревнование шло, и каждый день информация вывешивалась в газетах областных – кто сколько чего выполнил, драка была такая!
Мой показатель был второй, потом я на первый вышел в области. Так вот, пришёл новый комбайн, с ним приехал и инженер-испытатель. А у меня три комбайна, я уже взял обязательства – всё шло, как надо. Однако они прикомандировали этот комбайн к моему звену, чтобы я присматривал. Я смотрю на комбайнёров, там на руках и одежде мазут… Эх!.. Я говорю: «Нет, у меня настроено всё». Но всё-таки я приглядывал.
Потом этот инженер говорит: «Слушай, Василий Макарович, к нам генеральный директор едет и конструктор едет! Давай, ты маленько учись, покажи им, что ты вникаешь в это дело». Ну ладно, всё сделал, пол Каргалы накосили, начальство выехало, и директор рассказывает про этот комбайн, какой он хороший. Я сел, включил передачу и понёс с дымком. Теперь, значит, копны свалили, а они все подошли и давай смотреть.
А инженер, который на комбайне на этом был, бежит за мной: «Стой, стой, стой!» Я остановился: «Что такое?» А он: «Ты куда прибавил скорость такую! Ты смотри, сколько в копне зерна! Там он рассказывает, что комбайн этот прекрасный, потерь нет, а тут…» «Ладно, – говорю, – всё сделаем, сейчас сбавим обороты и всё будет нормально». Подъезжаю к ним, а они говорят: «Ну, Чердинцев! Как это ты так?» А я: «Ну как? Вот испытываем так вот!». А он схватил за руку меня и держит: «Вот этот комбайн, значит, я тебе дарю!». Я молчу и думаю – у меня уже три комбайна есть. Он: «Я тебе дарю этот комбайн, чтобы ты научился на нём работать и научил других людей. Ты сейчас его запустил и знаешь, как можно усовершенствовать. Бесплатно!» «Ну, тогда ладно, ладно! Будем учиться» – ответил я.
Вот такой у меня случай был в жизни. А за всю жизнь у меня было 46 уборочных сезонов…
Василий Макарович прожил долгую и интересную жизнь - прожил 91 год, воспитал с супругой Аграфеной Ивановной пятерых детей, верно служил отечественному сельскому хозяйству.
Подписывайтесь на канал - далее будут опубликованы новые интересные фрагменты моего личного интервью с Василием Макаровичем Чердинцевым.