Провожать Нюсю весь детдом вышел. Обнимали, плакали. Конечно, им не хотелось расставаться с подругой, но плакали больше из-за того, что и сами очень хотели, чтобы и их родители забрали. Но… родителей, за редким исключением, ни у кого не было.
Им было не плохо в детском доме, они чувствовали заботу о себе, добрые нянечки и воспитатели, да и все остальные работники детдом, отдавали частичку своего тепла, чтобы согреть сирот. Их учили грамоте, учили вести домашнее хозяйство, для них организовывали и проводили разные праздники, но всем хотелось жить дома и иметь родителей.
Истопник, дядя Миша отвёз на подводе Фросю и Нюсю до станции и вместе с ними подождал прибытие поезда. Вошли в вагон. Здесь всё было новое не только для Нюси, но для Фроси.
- Мама, а ты ездила поездом? – Спросила Нюся.
- Ездила… Давно это было, как мы переселялись из Таврии в Оренбуржье. Но разве ж мы в таком вагоне ехали? Мы ехали в товарняке, вместе с волами и лошадьми. И окон там не было, ехали и не видели ничего. А сейчас мы, как царицы тут расселись. Жалко, что никто мне не сказал, что в Ейск поездом можно доехать, и я добиралась на попутных подводах.
А за окном природа будто забыла суровую зиму, веяло теплом. Когда поезд останавливался, было слышно как, заливаясь, пели птицы, и из приоткрытого окна поступал и гулял по вагону свежий ветерок. Поистине комфортная поездка! Им пришлось сделать две пересадки, в Староминской и Азове, прежде чем они попали в Ростов, но это же пустяки по сравнению с тем, как Фрося добиралась до Ейска.
На рынке Ростова нашли подводу, которая шла до Петровки. Решили ехать сначала до Петровки, навестить Устю, а потом дальше ехать, в слободу. Устя встретила их с радостью. Она была всё такая же, и казалось, что и не постарела за этот год.
- А мне нельзя стареть, - сказала она, - мне людей лечить надо. Я же так и не подготовила себе замену, всё ищу, кому всё это передать. И не нахожу, - и, посмотрев на Нюсю, продолжила, - Ну, что я тебе говорила? Найдёшь ты своих деток. Всё будет хорошо. А то, что трудно бывает, так от этого никуда не деться. Но Бог не даёт испытаний больше, чем выдержит человек. Так что, доверяй Богу нашему, он Милосерден.
Легли спать рано. Устя узнала, что на постоялом двору есть подвода, которая утром будет идти в Плато-Ивановку через Фросину слободу. Она договорилась, что возьмут и Фросю с дочкой.
Но выехать не удалось. Фрося проснулась, когда ночь ещё продолжалась и до рассвета оставалось несколько часов. И Устя, и Нюся мирно спали и видели сны, А Фросе было плохо, её знобило и болела голова. Наверное, услышав стон, проснулась и Устя.
- Что же это с тобой? – спросила.
- Я простыла… Устя ушла готовить питьё, Фрося выпила и почувствовала облегчение и уснула.
- Ну, вот и хорошо, - прошептала Устя, - спи, завтра поедешь в свою слободу. А сегодня спи. Пришлось ждать следующую попутную подводу до слободы, а следующая подвода была до Голодаевки, а это значит, что надо идти от шляха до слободы пешком. Фрося не стала ждать более подходящую подводу. Каких-то шесть километров, не такое и большое это расстояние. Для Фроси это дело привычное, да и для Нюси будет не слишком тяжело.
К дому деда Корнея пришли они, когда уже хорошо стемнело.
- Вот это твоя стрекоза, за которой ездила? – спросил дед.
- Нюся это, моя дочка, - ответила Фрося
- Та вижу. Большая дивчина, скоро и замуж уйдёт.
- Какой замуж? Ей же только двенадцать.
Фрося провела Нюсю в дом и пошла к Нинке за младшенькой Нюрой.
© Copyright: Алевтина Крепинская, 2016 Свидетельство о публикации №216053000796