13 мая, вечером, по радио сообщили, что служебные загранпаспорта подлежат немедленной перерегистрации, а с 15 числа, то есть через день, они уже недействительны. Обычное государственное хамство. Накануне уволился из Пушкинского ДК. Закрыли нашу, существовавшую 8 лет студию - творческое объединение художников-любителей «Прообраз». Дохода от нас нет!?
Было еще пара сигналов, что время наступило. Именно в тот день я купил газету «Час пик», которую практически никогда не покупал, а тут вдруг подошел к киоску и купил. После чего, не открывая, протаскал весь день в портфеле. И вспомнил о ней только вечером, когда узнал новость про перерегистрацию. Достал, и обнаружил в середине новое расписание самолетов. Оказывается, сменилось расписание, май месяц. Из этого расписания выяснил, что в нужном мне направлении есть два рейса, один в Калининград, другой в Брест. Понимаю, что на польскую границу должен попасть 14-го мая, 15-го будет уже поздно. Поэтому, проворочавшись пол ночи, решил – на
13 мая, вечером, по радио сообщили, что служебные загранпаспорта подлежат немедленной перерегистрации, а с 15 числа, то есть через день, они уже недействительны. Обычное государственное хамство.
Накануне уволился из Пушкинского ДК. Закрыли нашу, существовавшую 8 лет студию - творческое объединение художников-любителей «Прообраз». Дохода от нас нет!?
Было еще пара сигналов, что время наступило. Именно в тот день я купил газету «Час пик», которую практически никогда не покупал, а тут вдруг подошел к киоску и купил. После чего, не открывая, протаскал весь день в портфеле. И вспомнил о ней только вечером, когда узнал новость про перерегистрацию. Достал, и обнаружил в середине новое расписание самолетов. Оказывается, сменилось расписание, май месяц. Из этого расписания выяснил, что в нужном мне направлении есть два рейса, один в Калининград, другой в Брест. Понимаю, что на польскую границу должен попасть 14-го мая, 15-го будет уже поздно. Поэтому, проворочавшись пол ночи, решил – надо ехать.
Меня часто представляют этаким авантюристом, отчаянным человеком, который, «недолго думая», сорвался и укатил. Это полная ерунда. Время подумать было – от появления идеи до старта прошло 8 лет. А тогда, в мае 1991 года, я трезво сознавал, что элементарно могу не улететь, в советские времена взять билет на самолет, приехав к отлету, было проблематично - это первое. Второе – допустим, мне повезло, и я долетел в Брест или в Калининград, но ведь меня могут и не выпустить, при наших-то советских реалиях. В таком случае возвращаюсь от границы. И, наконец, в-третьих, – я могу выехать в Польшу, но продолжить проект не получится. Тогда все лето буду в Польше зарабатывать, рисуя портреты, а осенью вернусь обратно. Четко понимал, что шанс у меня один на какие-то жуткие тысячи, но если этот шанс не использовать, я себе этого не прощу. А глубоко внутри уже возникло ничем не объяснимое ощущение странной уверенности – всё предопределено.