— Странно, он вроде бы совсем один, — прохрипел шёпотом Прыщ, выглядывая из-за кучи камней.
— Уверен, что где-нибудь поблизости не прячется пара тройка его дружков? — прищурившись, с сомненьем в голосе спросил Сыч. — В этом районе, орудует банда Мясника. Не очень-то охота попасть к ним на вертел.
Мясник, был вожаком банды жестоких и мерзких головорезов, что держали в страхе здешних обитателей Дна.
— Вонючка всё разведал. Рядом никого нет. Он там, прячется в развалинах дома напротив,— Прыщ кивнул на тёмный провал на другой стороне улицы, где в тени прятался их подельник. — Да и не похож он на людоеда.
— Ладно. Ждите сигнала. Я зайду к нему со спины,— тихо произнёс Сыч и пополз влево, подбираясь к незнакомцу сзади.
Будущая жертва грабежа, вела себя странно. Неизвестный парень стоял на середине широкой улицы и не собирался прятаться.
Он был невысокий и щуплый. Одет в добротные сапоги, и вполне годный потёртый и выцветший плащ, с глубоким капюшоном. На боку незнакомца висел небольшой нож. Другого оружия видно не было. Он либо смельчак, либо совсем дурак. Хотя, смельчаков, на Дне сразу записывали в дураки. Смельчаки, здесь долго не живут. Тем более такие одиночки, как этот. Стоит на открытом пространстве, да к тому же спиной к чёрным провалам выбитых окон.
Чтобы выжить на Дне, нужно быстро бегать, и носить с собой нечто посерьёзней этой зубочистки. Он сразу привлёк внимание Сыча и его парней.
Он был с ног до головы обвешан ценностями, за которые любой запросто оторвёт голову.
На шее незнакомца, на шнурке, висела небольшая, золотистая подзорная труба. За спиной, внушительный мешок и скатанное в валик шерстяное одеяло. Спать под таким, — одно удовольствие. На поясе дурака, болтались две фляги. Через плечо перекинуты связанные шнурком сапоги. Две пары чудесных сапог!
Сыч посмотрел на свои обмотанные тряпьём ноги и мечтательно улыбнулся. Он убивал и за меньшее. За похлёбку, что варила на костре семья одного бедолаги. За хорошую дубину. Тогда Сыч проломил голову хозяину дубины, его же оружием. За место у костра.
А этот богач, уже подписал себе приговор. Владеть таким богатством в одиночку, на Дне было опасно. Вот это и смущало, осторожного и опытного Сыча. Слишком сладка и желанна добыча. Словно беззащитная наживка. Очень похоже на ловушку.
Сыч ещё раз внимательно осмотрел местность. Вроде никого. Он подобрался к незнакомцу достаточно близко и дал своим парням знак.
Слева, из тёмного окна, выпрыгнул Вонючка, сжимая в руке увесистую дубину. Справа, спешил Прыщ, с коротким копьём наперевес.
И тут, незнакомец резко обернулся, и его глаза встретились с глазами Сыча. Незнакомец зловеще ухмылялся и от этой ухмылки, Сыча прошиб озноб.
Сыч всё понял. Он слышал о нём. Легенду эту, слышало всё Дно.
Сыч взглянул вверх. На разрушенном шпиле дома что-то зашевелилось.
И он закричал:
— Назад! Живо!
Но было поздно. Незнакомец поднёс к губам свисток и громко дунул в него. Звук был похож на крик птицы.
Огромная крылатая тварь упала сверху на Вонючку и оторвала тому голову. Прыщ заорал и хотел бежать, но был прихлопнут словно назойливая муха.
Сыч бросил дубину и обратился к незнакомцу, заикаясь и запинаясь от страха:
— Пожалуйста! Пощади!
На что тот лишь весело рассмеялся:
— Извини! Малышу тоже нужно кушать.
Неуловимый жест, и крылатая тварь шагнула к Сычу.
Его прозвали Птичник. Он появлялся ниоткуда и сеял ужас на обитателей Дна.
Когда-то, давно, он набрёл на тело умершего крылатого монстра. Его терзали падальщики, а рядом жалобно пищал совсем ещё крошечный детёныш. Он прогнал мелких трупоедов и забрал детёныша с собой.
Вскоре, тот вырос и стал предан ему, словно верный пёс.
—Так-так. Что тут у нас. Хм! Не слишком то и богатый улов. Ржавая бритва и всего пара луковиц. Ну ничего, охота ещё не закончена, — Птичник потрепал своего зверя за ухом. Тот заискивающе заглянул хозяину в глаза и взлетел ввысь, подняв взмахом внушительных крыльев облако пыли.