Поезд Санкт-Петербург - Москва, нас в купе трое, мы возвращались из командировки домой. Лето, горячая туристическая пора, вагон постепенно заполнялся людьми. Интересно, кто у нас будет четвёртым? За три минуты до отхода поезда вошёл мужчина лет сорока, длинный, худой, со слегка одутловатым лицом. "Странно, на алкаша не похож!" - подумал я. Он поздоровался, положил кожаную сумку на свою верхнюю полку, которая была надо мной, и сел рядом. Поезд тронулся и завязалась неспешная беседа. Выяснилось, что он ехал в Москву на презентацию своей книги. Он раскрыл сумку и вытащил книгу, скорее, небольшой альбом, где были представлены всевозможные иконы разных эпох и мастеров. Эту книгу об иконописцах он писал больше десяти лет, сегодня утром в типографии он получил один экземпляр книги, показал её в родном институте, где преподавал, а теперь хочет показать её своим московским коллегам.
Он так увлеченно рассказывал про иконы, старую Русь, про художников, что незаметно прошёл час. Он бы и дальше продолжил свой монолог, но нас спасла проводница, в очередной раз предложившая нам чай. "Наверное, вы голодны и хотите перекусить?" - спросил нас попутчик. Мы дружно закивали головами. "Тогда не буду вам мешать! Приятного аппетита! А я загляну в вагон-ресторан!" - сказал он. Мы поели и легли спать. Через некоторое время в купе постучали, я впустил искусствоведа, он быстро разделся, ловко запрыгнул на полку, погасил ночник. Всё, можно спокойно спать, до утра никто уже не потревожит.
Через три часа я проснулся от сильного удара по плечу и от грохота. Включил местный свет и увидел ужасную картину: пассажир с верхней полки лежал на полу в майке и трусах, голова его была под столом рядом с батареей отопления, ступни ног - в другом конце, колени были согнуты. Как он при таком росте смог уместится в таком небольшом пространстве, мне не известно! Мои коллеги тоже моментально проснулись. Я вскочил, открыл дверь и сбегал за проводницей. Она заглянула в купе, пассажир не шевелился. "Пьяный?" - спросила она. "Вроде нет, после ресторана от него шёл лёгкий аромат коньяка, но не более!". Проводница куда-то исчезла, а через пять минут появилась с милиционером и какой-то женщиной, видимо, врачом, женщина нагнулась, осмотрела его и сказала: "Он умер!". Это было страшно! Как, почему? Умер, потому что упал и ушибся? Или умер, например, от инфаркта, а потом свалился? Никто не знал!
В Твери в вагон вошла целая делегация. Прибывший врач ещё раз осмотрел мужчину и подтвердил его смерть. Он сказал, что пассажир умер во сне и упал уже мёртвым. Санитары вынесли тело, а милиция забрала его вещи. С нами в купе остался молодой человек - следователь. Он расспрашивал нас обо всём, записывал каждую мелочь, причём, он спрашивал каждого в отдельности, а не скопом. Поезд уже приехал в Москву, а он всё спрашивал и спрашивал. Только минут через сорок он нас отпустил, сказав, если что, то нас вызовут.
Нас никто так и не вызвал. Мужчину очень было жаль! Надо же, какая трагическая судьба: закончил большой труд и умер! Прошло уже более пятнадцати лет, но мы будем еще долго помнить этот случай!