Однажды, посещая Собор Парижской Богоматери, Виктор Гюго обнаружил вырезанное на стене, почерневшее от времени греческое слово: ANÁΓKH, или судьба. Размышляя над «измученной душой, оставившей это клеймо несчастья», в 1831 году Гюго написал одноименный первый исторический роман на французском языке.
Учитывая недавние события во Франции, кульминацией которых стал пожар в Нотр-Даме, можно понять человека, оставившего эту надпись. Но президент Франции Эммануэль Макрон не собирается этого делать.
Когда пламя охватило крышу собора, обрушился не только знаменитый шпиль. Обрушились тщательно подготовленные планы Макрона. В тот вечер президент должен был выступить на острую тему: демонстрации протеста так называемых «желтых жилетов». Узнав о пожаре, Макрон отменил свое выступление и оставил в Твиттере запись: «Как и все мои соотечественники, я с разбитым сердцем вижу как горит часть всех нас».
В прямом и переносном смысле во Франции уже горели пожары. Прошлой зимой социальные и экономические протесты «желтых жилетов», которые начинались как мирное движение, переросли в столкновения с полицией. Париж превратился в зону боевых действий с баррикадами, пылающими покрышками и слезоточивым газом.
Эти столкновения запятнали репутацию «желтых жилетов», которых вначале поддерживали три четверти французской общественности. По мере роста насилия, эта поддержка значительно снизилась. Теперь сторонниками протестующих считают себя 24% респондентов. Но и эти цифры тревожны для правительства.
Продолжение демонстраций «желтых жилетов» и поддержка общественности в конечном итоге загнали Макрона в угол. После двух выступлений, транслировавшихся на национальном телевидении в декабре (одно из которых было предлагало серию уступок, а другое - предупреждения о продолжении силовых мероприятий), в стране ничего не изменилось.
Президенту пришлось начать грандиозную трехмесячную серию дебатов, дискуссий и просто разговоров, целью которой было измерить уровень настроения нации и найти выход. На встречах с соотечественниками, мэрами, мелкими бизнесменами, которые иногда затягивались на семь часов, Макрон неизменно демонстрировал свое политическое мастерство, что ни у кого не вызывает сомнений.
Но одних впечатлений недостаточно. Станут ли эти беспрецедентные дебаты Макрона эффективными? Ослабят ли они протесты? Убедят ли французов, что правительство страны делает все возможное для преодоления барьеров?
Если будущее нации не висит на волоске, то будущее Эммануэля Макрона - однозначно. Французскому президенту придется не только извлечь урок из этих дискуссий, но и предложить правильный выход.