25 апреля 1945 года в районе города Торгау на реке Эльба встретились части и подразделения 58-й стрелковой дивизии, входящей в состав войск 1-го Украинского фронта, которым командовал маршал Конев и 69-й пехотной дивизии 1-й американской армии, которые в результате проведения боевых операций оказались ближе всех друг к другу. Войскам Красной армии был дан приказ остановиться у Эльбы. Американцы же заняли позиции у Мульде. Расстояние между ними было 25 км.
Многие месяцы они двигались навстречу друг другу с запада и с востока, громя гитлеровские дивизии, прорывая оборонительные линии противника. С каждым днем полоса земли, разделяющая армии антигитлеровской коалиции, становилась все уже. Ход операций на фронтах подсказывал командованию Красной Армии и американских войск, что стыковка подразделений союзников может произойти со дня на день. Был согласован рубеж, где это должно произойти: река Эльба. Чтобы избежать опасной путаницы, накладок и огневых контактов между «своими», войскам отдали приказ: ни в коем случае не продвигаться навстречу союзникам на другой берег Эльбы (разрешались лишь вылазки разведгрупп не далее чем на 5 миль).
Но первыми вступили в соприкосновение с частями 1-й американской армии наши радисты. Разговор между нашими и американскими радистами состоялся в момент, когда передовые части 1-го Украинского фронта находились уже менее чем в тридцати километрах от американцев. Союзники тут же начали пересылать друг другу радиограммы. Причем, среди американских солдат были и те, кому был знаком русский язык, так что пытались говорить друг с другом сразу на двух языках. Немецкие станции пытались заглушить разговор, но неудачно.
Как сообщает американский историк, и участник событий Уильям Фокс, встречу с русским ждали все настолько, что каждый дальний холмик они принимали за русский танк.
События дня 25 апреля на «Завалинке»
По документальным источникам, первыми состыковались с боевыми частями Красной Армии бойцы разведгруппы 273-го полка американской армии под командованием лейтенанта Альберта Коцебу. Для этого разведчики продвинулись на восток от условной линии разграничения зон оккупации в районе междуречья рек Мюльде и Эльбы. Утром 25 апреля в деревушке Леквиц группа Коцебу наткнулась на советского солдата верхом на коне. Для истории лейтенант даже зафиксировал время этой встречи – 11.30. Однако союзнического контакта толком не получилось: всадник отнесся к окружившим его американцам с подозрительностью и, поспешно хлестнув лошадь, ускакал прочь...
В то же время поисковую вылазку в сторону русских совершало и еще одно подразделение – разведгруппа во главе с лейтенантом Робертсоном... По источникам, в районе Торгау воины 2-го батальона 173-го гвардейского стрелкового полка 58-й гвардейской дивизии заметили, что с колокольни городской церкви подает сигналы какой-то человек в военной форме. Гвардии лейтенант А.С. Сельвашко попытался объясниться с ним по-немецки, но из этого ничего не вышло. Наши солдаты сделали несколько выстрелов в воздух и вдруг услышали: «Москва – Америка!» Нашим красноармейцам стало ясно, что на церковной колокольне американец.
Было зафиксировано, в 15.30 – группе младшего лейтенанта Уильяма Д. Робертсона удалось встретиться с воинами Красной Армии под командой лейтенанта Сильвашко. И именно этот отряд оказался «виновником» состоявшейся первой протокольной встречи союзников на Эльбе.
Последующие дни были отмечены целой вереницей американо-советских встреч на самых разных уровнях. Братались командиры полков, корпусов, дивизий… По воспоминаниям наших офицеров, участвовавших в тех праздничных мероприятиях, вызывало удивление, насколько раскованно ведут себя американцы. У них поголовно была идея фикс: заполучить какую-нибудь мелочь на память от русских. Самыми популярными сувенирами были эмблемы и звездочки с погон, пуговицы (порой, в разгар дружеского застолья, их отрывали с мундира даже без ведома хозяина!). Зачастую офицеры менялись наручными часами, портсигарами...
В результате встречи войск союзников остатки вооруженных сил Германии были расколоты на две части – северную и южную. Это значительно ослабило их сопротивление, нарушило единую систему управления, ускорило окончательный разгром вермахта.