В единственном в России волчьем приюте спасают и выхаживают животных, пострадавших от людей. Здесь каждый человек может стать волку товарищем — официальным его опекуном.
Первого волка звали Зорро.
— Какой-то мужчина поймал его в капкан, но не убил, держал у себя на участке на цепи, а потом уехал за границу и бросил,— вспоминает Анастасия Гайдук, ветеринар и хозяйка приюта «Чертог волка».
Раненого, с поврежденной лапой, истощенного зверя забрали на передержку волонтеры-собачники — но никто не знал, что с ним делать дальше. Это ж не дворняжка! Судьба несчастного Зорро тронула Анастасию, она полгода собирала документы и с огромным трудом оформила-таки волка в Ярославский зоопарк. А за это время выяснила, что серых хищников, пострадавших от человека, в России много. Поэтому, объединившись с подругой-кинологом, Анастасия и взяла в аренду землю на самом краю Московской области, у леса. Девушки думали, что будут так же время от времени содержать в своем частном хозяйстве одного-двух приемышей, попавших в беду, и спокойно искать им новое место жительства. Но в итоге пришлось в 2017 году превратиться в настоящий приют.
— Волки — сложные животные. Они существуют семьями, они должны общаться между собой. Поэтому даже зоопарки берут их неохотно,— вздыхает хозяйка.— Вот звонят нам, просят пристроить очередного спасенного пушихвоста. А мы уже понимаем: ну куда его? Кому он нужен, кроме нас? Мы ж их собираем не потому, что такие маньяки, а потому что они больше никому не нужны. Ну некуда в России пристроить такого дикаря, некуда.
В лес смотрит
«Чертог волка» расположен на 30 сотках за поселком Мишеронский, в Шатурском районе. Не такое уж раздолье, но у всех жильцов вольеры с соснами и кустарниками — просторнее, чем в Московском зоопарке. Отдельно живут лисенок и три лисицы, спасенные со зверофермы, где их собирались уже пустить на шубы. Волков сейчас девять, у большинства есть опекуны, которые их содержат и приезжают в гости.
— Опекун перечисляет около 6 тысяч в месяц своему подопечному на еду,— объясняет Настя.— Волки, в общем-то, малоежки. Средняя порция — полтора-два килограмма мяса, главное — никакого покупного корма!
Есть в рационе также яйца, яблоки, грибы, в сезон — ягоды, арбузы, дыни. Кормят зверей примерно раз в два-три дня, а в диких условиях они могут спокойно обходиться без еды неделю, а то и две.
Сердобольные подписчики — у «Чертога» есть странички в соцсетях — регулярно причитают: «Такая красота — и в неволе! Неужели нельзя их выпустить?» Этих — нельзя.
Взрослого волка, выросшего рядом с человеком, да еще, как правило, больного или пожилого, отвезти в лес — все равно что убить.
— На второй день его грохнут добрые охотники,— объясняет Анастасия.— Или он сам погибнет, не сумев добыть пищу.
Анастасия уже принимала под опеку такого «освобожденного» волка. Одна семейная пара из Подмосковья купила волчонка у «купцов» из Чеченской Республики. Эти наивные люди решили воспитать его как собаку в городской квартире, но еле-еле выдержали полгода: «Волк — это ж стихия, по шкафам прыгает, дерет все, грызет даже бетон и на "фу" не реагирует, не говоря уже о том, что он просто опасен!» — в итоге вывезли его в лесополосу и там выпихнули из машины. Но клыкастый быстро нашел дорогу обратно, и взволнованные жители многоквартирного дома звонили в полицию: «У нас тут волк с таксами на детской площадке играет!».
В лес чертоговские смотрят, но как-то без энтузиазма, к сожалению, уже не очень понимают, что там делать. Одно время их туда пытались выводить на прогулку — в электроошейниках, намордниках и на крепких поводках, но это был больше стресс для животных, их пугали запахи, чужая территория, и все рвались обратно, в знакомые вольеры. Чтобы выпустить в дикую природу волка, который родился в неволе, его надо к этому подготовить по специальной методике, рассчитанной на два года, рассказывает Анастасия:
— Нельзя просто открыть калитку: вперед, детишки!
Какое-то время волчонок должен привыкать к новой местности, где ему предстоит охотиться. Нужно усиливать его природную неофобию — страх перед всем новым и особенно перед людьми. Это обязательно, чтобы животное потом не шло в деревню за козой или к браконьерам, чтоб поздороваться. Необходимо и общение с опытными сородичами-наставниками, которые обучат его охоте на грызунов и мелких птиц, а затем и травле более крупной дичи, научат искать полезные ягоды и грибы, выживать в лесных условиях. Но даже в этом случае рожденный и воспитанный не в лесной стае волк-одиночка имеет не так много шансов на жизнь без помощи человека — чужака никто не усыновит. Поэтому зачастую единственное, что можно для него сделать,— обеспечить нормальные условия в неволе. Хотя, согласно закону «О животном мире», который никто не отменял, если дикое животное конфисковано и не может быть выпущено в природу, его надо «утилизировать».