– Николай Максимович, смотря фильмы, которые о вас сняты, читая и слушая ваши интервью, вашу творческую жизнь можно сравнить с борьбой, вы постоянно боретесь. И даже если это не так, то может быть у вас есть видение, кто победит, какой сейчас счет?
– Абсолютно нет, я ни с кем не борюсь. Вот как вы странно воспринимаете информацию, как сказал Козьма Прутков: «Люди подобны колбасам, чем их начинят, то они и носят».
Понимаете в чем дело, есть такие люди, которые в какой-то момент встают и говорят: «Я не согласен». Человек иногда бывает не согласен, он начинает против чего-то идти и от таких людей часто многое зависит, они что-то меняют.
Я на протяжении многих лет был артистом, который постоянно выступал. Чем старше я становился, и так происходило со многими, особенно в истории Большого театра, тем чаще эти люди начинали высказывать свое мнение и иногда бороться за репертуар, за какие-то льготы, связанные с их профессией, за какие-то права. И это нормально.
Что касается счета. Счета не бывает, счет может быть только тогда, когда пройдет время, и я вам приведу пример.
Была такая великая певица Мария Каллас, ее дважды выгоняли из театра: первый раз из Ла Скала, второй раз из Метрополитен-опера,, она давала по этому поводу огромное количество интервью. Ее нет уже много лет на земле, но по сей день снимаются фильмы о ней и так далее. Но вы входите в Ла Скала и там стоит ее бюст и висит ее костюм, вы входите в Метрополитен-опера – стоит ее бюст и висит ее костюм. Скажите, фамилии тех людей, которые отравили ей жизнь, которые прекратили доступ людей к своему кумиру, их кто помнит?..