Ох, не дают нам, «диванным» борзописцам, всякие там загадки… Одной из таких и является гибель группы Дятлова. Хотя, скорей всего, никакой загадки нет.
Казалось бы – веселая и полная сил молодежь отправилась в поход. Все с опытом таких сложных маршрутов. Но в группу неожиданно влез (или впихнули) 37-летний дядя, который по возрасту и мировоззрению никак не подходил остальным. Кроме этого, турклуб был студенческий, группа тоже считалась студенческой, но не все имели отношения к институту и не все были учащимися. Более того – в группе были родственники неких партийных «шишек». Таким образом состав группы был весьма разнороден.
Недавно Хрущев со всей страстью развенчал пресловутый «культ личности» Сталина. Велась серьезная внутрипартийная борьба. Одни пытались «утопить» других, чтобы самим остаться «на плаву». Возможно Золотарев (тот самый 37-летний дядя), как бывший фронтовик-разведчик, как человек взрослый, имел две задачи – присмотреть за отпрысками «шишек» и, в тоже время, быть для них угрозой. Причем о второй задаче, скорей всего, даже не подозревал. А на «шишек» могли и давить – мол, веди себя, как надо и с твоим чадом все будет благополучно, мол, у нас там, в туристической группе, свой человек, свернет шею и тю-тю…
Разнородность группы, в том числе и идеологическая, приводили к мелким конфликтам в процессе движения. Могли подтрунивать (или откровенно шпынять) «шишкинсих» чад, немного спорить о правильности линии Сталина и Хрущева – «оттепель» это уже позволяла. А уж когда Дятлов решил встать на «холодную» ночевку, то вряд ли это повлекло за собой неописуемую радость уставших участников похода. Золотарев же вполне мог считать Дятлова неоперившимся щенком, дорвавшимся до власти. Тем более, что Золотарев прошел войну, скорей всего с именем Сталина на устах. И досужие идеологические разговоры «неоперившихся щенков», не нюхавших пороха, воспринимал с раздражением.
А учитывая, что в группе был спирт, а у Золотарева приближался день рождения, то скорей всего он спирт и употребил. Это могло вызвать конфликт, в ходе которого Золотарев мог потребовать сместить Дятлова с руководства группой. А может просто высказал всем, что накипело за время похода.
Что дальше? Золотарев был вне палатке, остальные внутри. Решив выманить всех на откровенный разговор, подогретый изрядной дозой спиртяги, он мог действовать, как на фронте – напугать остальных. Мог крикнуть что-то типа «поджигаю палатку!» или «кидаю гранату!». Кстати, не смотря на то, что с войны прошло 14 лет, оружие еще бродило по домам ветеранов. И граната реально могла напугать туристов.
Они ломанулись из палатки кто в чем был, разрезав ее из нутрии. Тут уж Золотарев дал волю чувствам и устроил самую настоящую «дедовщину». Возможно, продолжая угрожать несуществующей (или существующей?!) гранатой, он построив всю группу и погнал их раздетыми вниз по склону. Как мы знаем, они добрались до кедра, где им удалось разжечь костер.
Сам же Золотарев, остался в палатке, подремал, немного протрезвел и сообразил, что сильно «перегнул палку». Тем более он помнил, что должен был присматривать за «детишками», а не воспитывать их жесткими методами.
Пытаясь спасти ситуацию, он отправился вслед за ними. И нарвался на сопротивление походников, ошалевших от сильного холода, голода, усталости и испуга. Возникла отчаянная драка. Жестокая. Звериная. Последствия известны…
Учитывая политическую обстановку в стране, дело быстренько «замяли». Никто не должен был сомневаться, что группа погибла в результате несчастного случая. Все, что хоть как-то касалось партийных «шишек» - табу для всего народонаселения.