По-видимому, я могу сказать, что я понял пару вещей:
1. Психика не однородна. Во мне есть, помимо всего прочего, две структуры: первая является потоком, который можно было бы назвать "естественной экспансивностью" (Фромм); вторая структура - та, что была воспитана мной самим в качестве ответа на некую агрессивную среду. Вторая структура сдерживает первую, которая, как кажется, естественна в том смысле, что каждый человек обладает ей от природы, хотя и содержания её (то есть то, каким именно образом человек осуществляет естественную экспансию вовне, в мир) у всех разное.
2. Свою личную задачу, в этих условиях, сложно понять. Первая мысль, которая меня посещает, состоит в том, что все преграды должно смыть и разрушить. Но проблема состоит в том, что мне этого так и не удалось; более того, в какой-то момент, мне начало казаться, что именно моя агрессия в отношении своих сдерживающих структур как раз таки и питает эти структуры самым сильным образом.
3. Природа невроза, по-видимому, действительно придумана в том смысле, что является личной историей человека, который сам себе ее сочинил. Сочинил - в данном случае - навряд ли является осознанным актом творчества, а так же навряд ли несет на себе оттенок ирреального. Для переживающего невроз, болезнь реальна; хотя и болезнью-то ее назвать трудно, ибо это часть твоей личности: довольно сложно назвать само наличие у тебя двух рук болезнью, каким бы странным это не казалось, если представить, что большинство людей в твоем окружении, допустим, имеют только одну руку. Возможно, история, при которой я не могу дать своей естественной воле течь беспрепятственно, была нужна мне. Возможно также, что и появившаяся вследствии этого обида, была нужна мне настолько же.
4. Если это так, то, в общем, борьба с преградами является частью выдумки, так как она не добивается своего. Я не верю, что во мне есть структуры, которые не обладают своей "целесообразностью", то есть структуры, причину которых можно было бы списать сугубо на "чистую волю волящего" и все. При верности этих посылок, выходит, что борьба направлена не на уничтожение своей цели, этого ведь не происходит много лет, а на что-то другое. Можно представить наличие какой-то неосознанной цели, но мне мешает это сделать, возможно, отсутствие какого-то образования, возможно, то чувство, что создавать какую-то цель из ничего было бы сродни фантазерству. Поэтому, мне кажется, что цель борьбы - борьба, то есть сохранение статуса кво.
5. Во всем этом явно есть порочный круг. Выбраться из порочного круга можно только рывком, которы не сохраняет эту круговую логику.
6. Ну и, наконец, то, зачем я хотел это все написать. У каждого человека, по-видимому, сугубо личная зона естественной экспансивности. Проблема коммуникации заключается в том, что определить ее довольно сложно: сложно понять, почему человек спорит с тобой - потому что он действительно считает, что ты не прав, то есть спор идет об "истине", или же потому, что он хочет высказаться, или ему одиноко и так далее.
Вот, например, если я приду на конференцию по Гераклиту и скажу, что господин Лебедев прав, и что Гераклит действительно в том отрывке про борьбу имел в виду политическую (и не только) борьбу с персами, буду ли я это говорить потому, что я действительно пекусь об истине, или потому, что нахожусь на том этапе личной истории, на котором внутрення борьба мне кажется иллюзорной?