«Нельзя презирать медика, который не смог вернуть здоровье больному, так как это здоровье не всегда зависит от его лекарств и познаний»
(с) Мольер «Летающий доктор»
Достижения мировой медицины поражают воображение. Людям делают новые сердца и новые лица, пересаживают костный мозг, печень, лёгкие, почки, оперируют плод в утробе матери и выхаживают новорожденных размером с авторучку. Чума, холера и сифилис отступили перед антибиотиками, оспа и полиомиелит – перед прививками, в 2005 году в США зафиксирован первый случай излечения бешенства.
Благодаря новейшим методикам исследований, компьютерным программам по разработке лекарств и многочисленным экспериментам каждый год появляются новые лекарства от прежде безнадёжных болезней… новые болезни, впрочем, тоже появляются, но речь не о них. То, что кажется нам нормальным – обезболивание, обеззараживание, аспирин, антибиотики, полостная хирургия и протезная стоматология - ещё полтораста лет назад были мифом. Первая успешная операция по удалению аппендицита прошла в 1888 году в Англии, до этого практически все больные были обречены.
Пытаясь спасти жизнь пациентов, врачи шли наугад, собирали по крохам знания, вскрывали трупы, ставили опыты – зачастую совершенно ужасные. Доктора пользовали страдальцев мышьяком, ртутью и толчёными изумрудами, обкладывали сырой печёнкой и свежим навозом, прижигали раскалённым железом, макали в снег, подвешивали к потолку за ноги… Остаётся дивиться – как от такой «терапии» кому-то из больных удавалось остаться в живых. К современным вершинам медицина двигалась тяжким путём проб и ошибок. Посмотрим на эти ошибки с высоты наших знаний?
Кровь с молоком
Переливание крови – одна из самых распространённых медицинских манипуляций, призванных сохранить человеку жизнь. Большинство из нас точно знает свою группу крови и резус-фактор, чтобы в случае необходимости сдать или получить именно ту, кровь, которая нам подходит. Иначе вместо спасения переливание станет гибельным – кровь вызовет отторжение, токсический шок и быструю гибель . А вот предки были куда крепче и удачливей нас…
О значении крови для жизни догадывались ещё античные доктора. Своим пациентам они устраивали «красные ванны» и поили раненых кровью свежезабитых овец. Римляне собирали алую влагу из жил умирающих гладиаторов, чтобы лечить ею эпилептиков и душевнобольных. Дряхлый старец Папа Иннокентий VIII, надеясь отсрочить приближение смерти, пил особый напиток из крови 10летних мальчиков. Человечество имело весьма смутные представления об устройстве кровеносной системы. Только в 1628 году Гарвей открыл систему кровообращения .
Передовые медики тут же начали ставить эксперименты. Сперва они переливали кровь от собаки к собаке. Затем в 1667 году некий французский врач Жан-Батист Дени перелил кровь ягнёнка юноше, умирающему от злокачественной лихорадки.
…Это мы сейчас можем представить все возможные осложнения, аллергическую реакцию на вливание чужеродного белка, отёк гортани… а бедный пациент не читал медицинских книжек. Поэтому легко перенёс процедуру и даже выздоровел. Вдохновлённый успехом эскулап начал проводить трансфузии направо и налево… с таким «успехом», что французские власти запретили переливание крови, как смертельно опасное.
Следующую серию экспериментов начал британский акушер Джеймс Бланделл. В 1818 году у постели роженицы, умирающей от кровотечения, он взял шприцем кровь у мужа больной, сделал вливание – женщина выздоровела. За последующие 10 лет – ещё 10 трансфузий, 5 пациенток выздоровело. Учитывая, что послеродовые кровотечения остаются смертельно опасным осложнением до сих пор – весьма неплохой результат.
В 1832 году русский акушер Вольф повторил эксперимент в Петербурге и тоже спас жизнь женщине, однако по неизвестным причинам операция в широкую практику не вошла.
Впрочем, разработки продолжались – врачи увидели просвет в борьбе со смертоносными кровотечениями и изо всех сил бросились его расширять. Чем только не пичкали пациентов – кровью коз, собак, овец, естественно нестерилизованной и биологически чуждой. В конце 1870х годов американские доктора вводят в практику внутривенные вливания коровьего, козьего и человеческого молока. В начале 1880х молоко пробуют заменить на солевые растворы – смертность от лечения слегка падает. Чтобы избежать заражения и порчи крови, врачи пробуют сшивать сосуды донора и реципиента так, чтобы кровь поступала непосредственно в вену.
В 1900 году Карл Ландштейнер открыл группы крови, в 1939 году его ученики обнаружили резус-фактор и на долгие годы процедура переливания крови стала относительно безопасной и безусловно спасительной. Но ничто не вечно под луной, как говаривал У. Шекспир. Гепатиты и ВИЧ предоставили пациентам-реципиентам чудную возможность поиграть в лотерею со смертью. Одна надежда – на банки доноров, в которых человек может оставлять собственную здоровую кровь «про запас».
Лекарство от кашля
«Покупайте Успокоительный сироп миссис Уинслоу для беспокойных младенцев! Одна ложка перед едой – и дитя станет ангельски кротким!». Совершенно безвредные по уверениям врачей сиропы и пилюли от поноса, от кашля, от желудочных спазмов и для безболезненного прорезывания зубов, столь популярные в 18-19 веках, в наше время не пропустил бы ни один наркоконтроль. «Маленькие помощники мамы», средства для похудания с амфетаминами, героиновые «леденцы для горла», столь любимые ораторами и политиками, кокаиновые анальгетики, бензедриновые ингаляторы в самолётах были реальностью каких-то полвека назад.
Достаточно почитать мемуары и жизнеописания героев 19 века – Амудсен и Скотт брали с собой морфин и опийные таблетки, супруга Р. Л. Стивенсона Фанни унимала опием кашель мужа и свою невралгию, Жорж Санд потчевала морфием всю семью от бронхита.
Причина такого спокойного отношения к наркотикам понятна. До того, как в 1847 году был впервые применён хлороформный наркоз, врачи знали три способа обезболивания. Рауш-наркоз сиречь удар тяжёлым предметом по голове, крепкий алкоголь и сгущённый сок маковых головок. О последнем писал ещё Гиппократ, рекомендуя опиум как средство от глазных и душевных болезней. Гален рекомендовал опий при более, чем 20 хворях, а Парацельс составил рецепты опийных микстур, которыми до 20 века пользовались врачи.
Выбора особо не было – маковый сок снимал боли, смягчал спазмы дарили спокойный сон и помогали больным выжить. И сохранность жизни пациентов волновала врачей больше, чем зависимость… тем паче, что до середины 19 века диагноза «наркомания» не существовало.
После серии больших войн на рубеже веков, во время которых раненых оперировали и обезболивали морфином, а в качестве профилактического средства от расстройства желудка использовали опийные таблетки, появился симптом «солдатской наркомании» - многие выжившие ветераны нуждались в «дозе» для того, чтобы выжить. И заражали этой болезнью своих родных. Английский врач с ужасом рассказывал о смерти своей пациентки – нуждаясь в дозе опия, женщина пробралась в аптеку, стоило фармацевту отлучиться, выпила бутылку средства с похожим названием – и умерла через два часа от тяжёлого отравления.
В 1906 году в США был принят первый закон, ограничивающий использование опиатов и экстракта из листьев коки.
К 1910 году весь мир осознал опасность наркомании. Опиаты стали понемногу изымать из свободной продажи… чтобы заменить их амфетаминами и барбитуратами. В 30-50 годы в США проблема «таблеток для настроения» стала национальным бедствием. В настоящее время опасность наркотиков очевидна, с ней борются… в то же время амфетамин всё ещё входит в состав таблеток для похудения. Интересно, в каком списке окажутся через полвека аспирин, нурофен и нимесулид?
Защита от дурака
В 1949 году португальский врач Эгаш Мониш получил Нобелевскую премию за разработанную им гениальную операцию на головном мозге. Трепанация черепа, несколько метких движений специальным заострённым ножом – и буйный сумасшедший навсегда превращался в тихого психа, не причиняющего неудобств окружающим. Операцию начали делать в 1936 году, причём сам разработчик лоботомии Мониш был не в состоянии оперировать из-за подагры и черепа больным вскрывал его ассистент, Аламейда Лима. Из 20 прооперированных пациентов семеро «выздоровели» – они стали послушными, управляемыми, исчезли приступы агрессии и припадки буйства. У восьми состояние улучшилось, у пятерых осталось без изменений.
Всего врачи-экспериментаторы провели около 100 операций, прежде чем португальские власти запретили их как негуманные. Но прецедент был создан, тем паче, что выбора у психиатров особо не было. Для излечения душевнобольных существовали лишь электрошок, ванны, инсулин, смирительные рубашки и психоанализ по Фрейду. Содержание умалишённого в клинике обходилось родственникам и государству в круглую сумму ежегодно. А тех больных, которым лоботомия помогла, можно было держать дома и даже использовать для несложных работ.
После войны в США известность приобрёл доктор Уолтер Фримен. Он проводил лоботомию через глазную орбиту специальным топориком для колки льда, а в качестве обезболивания использовал электрошок. Агитируя пациентов и их родных использовать новейший метод лечения, передовой врач утверждал, что «лоботомия не опаснее удаления зуба». И, в общем был не так уж не прав. Прооперированные пациенты становились благодушней, спокойнее, их переставали мучить кошмары и галлюцинации.
Правда, опыты в тюрьмах Калифорнии доказали, что от тяги к угону автомобилей и присвоению чужой собственности лоботомия не спасает. А наблюдения за выжившими пациентами показали, что «излеченные» больные вместе с буйством и бредом теряют способность к самостоятельному мышлению. Вершиной карьеры Фримена стала лоботомия проведённая им актрисе Френсис Фармер, широко известной своими прокоммунистическими взглядами. Бедняжка попала в психиатрическую лечебницу с тяжёлой депрессией… а врачи сделали всё зависящее, чтобы белокурая звёздочка Голливуда перестала представлять опасность для государства. История получила известность, был скандал и в 50х годах в США а затем и по всему миру лоботомию запретили как калечащую операцию.
Царские роды
Всем известно, что Юлий Цезарь появился на свет в результате кесарева сечения? Так вот – это миф. Мать Цезаря, Аврелия Котта прожила после рождения знаменитого сына ещё полвека. А название знаменитой операции произошло от латинского «secare» - рассекать. По императорскому закону женщинам, умершим в родах или на поздних сроках беременности, рассекали чрево, чтобы похоронить плод отдельно. О спасении младенца речи не шло, о спасении матери не помышляли тем паче – шанс выжить после полостной операции для роженицы приближался к нулю.
По мере усиления христианства операция получила логическое обоснование, ведь если из чрева извлекали живого ребёнка, его можно было крестить перед смертью. Такой операции подверглась, например, Иоанна Английская, любимая дочь Элеоноры Аквитанской – она умерла родами, тотчас по прекращении дыхания ей вскрыли живот и достали младенца «прожившего столько, что едва успели его окрестить». Король Робер II Шотландский стал одним из немногих выживших «посмертных детей» - его мать, принцесса Маргарита упала с лошади, будучи на сносях, и врачи, отчаявшись спасти роженицу, сумели извлечь живого мальчика.
Термин «кесарево сечение» появился в медицинских трактатах около 1500 года. Слухи о якобы имевшем место быть успешном кесаревом сечении, которое некий Яков Нуфер успешно провёл своей жене, датируются тем же временем. Первую задокументированную операцию произвёл немецкий врач Траутман в 1610 году, первую успешную в России – врач Эрзамус в 1752 году. Что характерно, между 1787 и 1876 годами в Париже после кесарева сечения не выжила ни одна женщина – европейские врачи опасались зашивать разрезанную матку, и роженицы погибали или от кровотечения или от сепсиса.
В 1880х годах операции начали обезболивать, а разрезанный орган – удалять. Чуть позже научились скреплять шов серебряными скобами. К 1910 годам смертность от операции кесарева сечения почти сравнялась со смертностью от естественных родов – учитывая, что каждая 10 мать, рожающая в больнице, имела шансы из больницы не выйти – вполне приличный показатель.
В наши дни около 15% новорождённых появляется на свет через «царские роды». И даже традиция не нарушена – насчитывается уже более 100 случаев, когда жизнь в теле беременной со смертью мозга поддерживали несколько недель, чтобы через кесарево сечение произвести на свет ребенка.
Казнить нельзя помиловать
Порой врачи пользуют пациентов смертельно опасными снадобьями. Иногда от безвыходности – так например, сифилис лечили ртутью и мышьяком, потому что других эффективных средств не было. Иногда потому, что надеются – больные клетки умрут раньше, чем пациент; так действуют препараты химиотерапии, разработанные на основе отравляющего газа иприта. А иногда, просто не успев разобраться – что же на самом деле лечит новое чудо-средство.
В 1957 году на прилавки европейских аптек поступил новый препарат. Производители рекомендовали принимать его при бессоннице, мигрени, повышенном кровяном давлении, как лёгкое седативное и обезболивающее средство. Основным достоинством нового лекарства по утверждению компании «Груненталь» была его абсолютная безопасность, в том числе для беременных и кормящих.
За считанные годы чудо-средство по объёмам продаж сравнялось с аспирином – оно было дешёвым, эффективным и не вызывало зависимости. У препарата «талидомид» оставался последний барьер – рынки США.
Консерваторы из американского Минздрава требовали долгосрочной проверки лекарства. Поэтому, когда по миру прокатилась волна «талидомидовых уродств» американских младенцев среди пострадавших почти не оказалось. А вот у матерей Великобритании, Германии и Австралии появилось в общей сложности 12000 детей без ушей, рук и ног. Только 5000 из них дожили до второго дня рождения.
Казалось бы талидомиду и его производным прямое место на свалке истории… Но в 1964 году в иерусалимском госпитале «Хадасса» врач Яков Шескин искал лекарство, способное облегчить муки пациенту, умирающему от проказы – бедняга много дней не мог даже заснуть. В кладовке нашёлся талидомид и доктор рискнул применить его. Через день умирающий встал на ноги, а впоследствии выздоровел. Исследования ВОЗ показали - из 4552 прокажённых пациентов у 99% наступило улучшение или полное выздоровление.
Дальше больше – в конце 90х годов было доказано, что талидомид замечательное средство для терапии запущенных миелом и лейкозов. Препарат угнетает кроветворение и, убивая собственный костный мозг пациента, создаёт идеальный фон для эффективной пересадки костного мозга. Талидомид оказался настоящей панацеей… правда людям, которые рискуют его принимать, лучше отказаться от деторождения, зато они получают реальный шанс выжить.
* * *
Медицинское заблуждение всегда страшно – за бесстрастными цифрами стоят судьбы неудачливых пациентов. Изучая историю медицины, порой хочется закричать, что врачи мясники, коновалы и прав был Мольер, именуя их клистироносцами. Но с другой стороны – с каждым годом доктора творят всё новые чудеса. Ещё полвека назад дети с фенилкетонурией были обречены на глубокое слабоумие. Сегодня – вырастают абсолютно здоровыми. Тридцать лет назад детский лейкоз был практически неизлечим. Сегодня – может выжить до 96% больных (если хватит денег на терапию). В 1897 году в России средняя продолжительность жизни была 30,5 лет. В 1930 – 43 года. В 2005 – 65,3 лет. В 2017 - 72,7. В США в 2005 году – 78 лет, а в Японии – 82 года – есть куда стремиться.
А защита от медицинских заблуждений одна – информированность. Чем серьёзней недуг, тем важней доверять врачам, но не стоит доверять слепо. Достаточно понимать, как работает человеческий организм, как влияют лекарства на течение заболеваний, какими побочными эффектами они обладают и действительно ли лучше лишний раз скушать модную таблетку от головной боли вместо точечного массажа или старых-добрых холодных компрессов?
«Лечит болезнь врач, но излечивает природа» - говорил отец медицины, великий Гиппократ. И был прав.