Сиротской пенсии катастрофически не хватало на жизнь. Вернее, на жизнь-то хватало, но на такую – серенькую, убогую, в рамках строго необходимого, а Васю такая не устраивала, ему красивой жизни хотелось. Чтобы и одеваться с иголочки, и девушек по заведениям водить.
Нет, не подумайте, Вася был не из тех, кто способен пойти воровать или на паперти зад просиживать. Наоборот, он себя уважал и всего добивался своим трудом: после учёбы на экономическом (бюджетное место досталось Васе как воспитаннику интерната) подрабатывал мастером на все руки и даже, последнее время, частным аниматором. То есть – ходил по квартирам, поздравлял ребятишек, изображая всяких сказочных персонажей. Честно говоря, не особо по нраву приходилось ему это занятие – выплясывать в клоунских костюмах перед сытыми, довольными девчонками и мальчишками, у которых было всё, кроме забот, и их умиляющимися родственниками. Но делать было нечего – заказчики платили деньги, в которых Вася так нуждался, и потому искренне, изо всех сил старался изображать веселье.
Один из таких заказов он и получил однажды вечером, когда, уставший как собака, сидел в своей комнате в общаге, готовил конспект и уминал быстрорастворимую лапшу.
- Здрасьте! Я Вас в объявлении увидела! – раздалось в динамике мобильного телефона, который Вася недавно приобрёл в кредит. – Можно мне волшебника ребёнку на День рождения заказать?
Судя по голосу звонившей женщины, отмечать День рождения ребёнка она уже начала. Вася вздохнул и принялся задавать стандартные вопросы:
- У Вас сын или дочка? Как зовут? Сколько лет исполняется?
- Сын. Вася. Четырнадцать лет.
- А, да? Мы с ним тёзки, - невольно улыбнулся Вася, а сам тут же подумал: «Ого! Четырнадцать лет пацану! Какие тут могут быть волшебники?!»
Тем более, лично ему веру в волшебство напрочь отшибло задолго до подросткового возраста.
- Ой, ну надо же! – обрадовалась женщина. – Вы тогда, Василий, непременно приходите, завтра в шесть. Адрес продиктовать?
- Погодите, - всё-таки засомневался Вася. – Может быть, лучше другого персонажа выбрать? Ну, вот, например, костюм Человека-Паука у меня есть. Только выйдет чуть-чуть дороже.
- Давайте, давайте! Это ещё лучше! Васенька этот фильм очень любит!
Женщина, по ходу, была готова на всё, лишь бы устроить сыну праздник. А парень, завершив разговор, снова стал удивляться: «Что ж там за Васенька такой? Наверное, носятся с ним как с писаной торбой, раз до сих пор сказочки на уме. Может, ещё и писается в штаны?» Но в следующий миг Вася устыдился своей категоричности, раздражение перебила догадка: «А что если он больной? Всякое может быть…» Вон его тоже, помнится, пытались запихнуть в коррекционный интернат, учитывая предыдущую биографию, но, к счастью, вовремя разобрались, что у Васи, несмотря на неблагополучие родной семьи, голова на плечах имеется и, причём, неплохо соображает.
Как бы там ни было, заказ был принят, а значит, на выходные можно было планировать покупку новой куртки, на которую он почти скопил.
В назначенный час Вася явился по нужному адресу, облачённый в идиотский красно-синий наряд. Открыли сразу же, как будто вчерашняя собеседница целый день прождала его под дверью, - и на Васю пахнуло до боли знакомым едким запахом.
- Вы проходите, проходите! На пороге не стойте!.. Какой у Вас костюм великолепный! – засуетилась женщина, словно испугавшись, что Вася, подобно взаправдашнему Человеку-Пауку, взмахнёт сейчас рукой и улетит по своим супергеройским делам, подальше отсюда.
По правде сказать, ему так и захотелось сделать, но женщина буквально втащила парня в квартиру, не переставая восхищаться его образом, который, несомненно, «понравится Васеньке».
Вид самой хозяйки оставлял желать лучшего: помятая, с дряблыми веками, красным носом картошкой и чёрными кругами в пол-лица. Да и обстановка в доме поразительно напоминала ту, которую Вася имел возможность лицезреть в детстве, только квартира была городская, а не деревенское жилище, как у его матери. В остальном же – один в один: грязные полы, многолетнее отсутствие ремонта и полнейший хаос в вещах, значительную часть которых составляла стеклотара различной ёмкости.
Но кое-что во всё это «благолепие» не вписывалось, выбивалось до рези в глазах, как кусочек паззла от совсем иной картинки… Этим «кое-чем» был огромный праздничный торт.
- Красота, правда? Я его специально в кулинарии заказала – три месяца откладывала денежки, – поспешила похвастаться женщина. – Кстати, Вы не переживайте, я Вам заплачу, сколько скажете!
Она полезла в карман своего засаленного халата, захрустела бумажками…
- А где же ребёнок? – вконец обалдел Вася.
- Так вот же он! – женщина торжественно указала на пустой стул, напротив которого и красовался торт, утыканный свечками. – Васенька, посмотри, кто пришёл!
«Та-ак… Всё ясно: допилась баба», - понял парень и поморщился.
Он, вероятней всего, дождался бы, пока женщина расплатится, после чего распрощался бы поскорее, но осуществлению этого плана помешал визит соседки.
- Надежда, ты там жива? Чего дверь не запираешь – память посеяла? – поинтересовалась та с порога, однако, пройдя в комнату, переключила внимание на Васю. – О, что за чудо тут у нас?! В гости зашла – как в Голливуд попала!
От души посмеявшись, соседка представилась тётей Валей. Выглядела она намного приличней хозяйки – накрашенная, в побрякушках, но в руках, тем не менее, держала бутылку водки.
- Вот и отпразднуем Васенькин День рождения! – радостно объявила хозяйка.
Тётя Валя, поставив бутылку рядом с тортом, подошла к Надежде, обняла её за плечи и сказала вкрадчиво:
- Дорога-ая… Прекрати. Васеньки нет. Васенька умер.
Надежда захлопала глазами так, будто для неё эта была новость. Постояла несколько секунд молча. Затем спросила:
- А кому же я торт заказывала? И Человека-Паука?
- Ну так и пусть этот милый молодой Человек-Паук с нами посидит, тортик покушает! – нашлась тётя Валя. – Вы, юноша, снимайте Ваш детский сад и, давайте, составьте дамам компанию! Помянем мальчишку.
Вася был настолько растерян, что не сумел отказаться.
Вскоре ситуация прояснилась окончательно. Оказывается, у Надежды и правда был сынок Васенька. Поздний ребёнок, выстраданный. Родила, что называется, «для себя». Надышаться на него не могла. А его рак съел, когда мальчику было всего семь. Как только Надежда ни билась: «трёшку» в центре разменяла – купила взамен это тесное убожество, а остальное – на лечение сына. Но деньги не спасли. Сегодня Васеньке исполнилось бы четырнадцать. То есть, получается, семь лет счастья было у Надежды – и столько же страшного, беспробудного, сумасшедшего горя.
Васе кусок торта, служащего единственной закуской, в горло не лез. Надежда продолжала сидеть в прострации, практически ни на что не реагировала и только пила залпом. Тётя Валя пробовала разрядить атмосферу.
- Ты, я сморю, не сильно старше Надиного мальчонки…. В смысле, был бы, если бы тот был живой, – заметила она. – Слушай, а твои мамка с папкой-то знают, чем ты тут занимаешься?
Усмехнувшись, тётя Валя наполнила Васе стопку.
- Не-а, - ответил он и, вдохнув, опрокинул в себя.
А откуда им было знать, если Васю от мамы забрали ещё в малолетстве, поскольку та вела «асоциальный образ жизни»? Пока Вася учился в городском интернате, мать вообще-то пыталась к нему пробиться: письма писала слезливые, ко Дню рождения каждый год присылала открыточку. Да Вася толком и не читал… Как-то раз это чучело лохматое возникло в приёмной интерната (и как только администрация впустила?!), с жалким кулёчком карамелек и словами: «С Днём рожденья, Васенька!» Вот это был цирк, никаких клоунов не надо! Вася убежал и спрятался в мальчиковом туалете – таился там до тех пор, пока директриса самолично не заверила, что мать ушла. И в дальнейшем он все мамины попытки наладить общение пресекал.
А отец… Отец, которого мама безумно любила, бросил их вскоре после Васиного рождения. Дело в том, что мать вынашивала очень тяжело. Врачи предупреждали, что в родах могут умереть оба, но она никого не слушала. Результатом стал живой-здоровый сын и абсолютная невозможность родить ему брата или сестрёнку в будущем. Ну, отец и свинтил – видимо, хотел семерых по лавкам…
Вкратце Вася рассказал свою история за столом. Помнил он, правда, смутно – что говорил тогда и что делал… Как-то в таком состоянии сподобился починить Надежде кран на кухне и разобраться с хромоногим диваном. Пообещал, поклялся даже, что не оставит её, будет навещать. Помнил, как деньги ему совали – а он отказывался, но потом всё же взял половину суммы за заказ, потому что уже решил, на что потратит.
Из гостей Вася вышел словно оглушённый. Одна лишь чёткая мысль билась у него в висках: нужно срочно съездить к маме в деревню. Дом ей отремонтировать, хотя бы частично.
Ну и Бог с ними – с этими модными шмотками! Маме помочь важнее. Мама жизнь ему подарила. А сделать эту жизнь красивой он сможет сам – ещё успеет, обязательно.