Термином «чеболи» обозначаются крупные финансово-промышленные конгломераты, которые играют ключевую роль в экономике Южной Кореи. Одной из главных черт данной организационной формы является наличие семейной преемственности в управлении.
Чеболи ведут свою историю с середины 50-х годов XX века, и именно они стали основой южнокорейского экономического чуда, когда страна сумела продемонстрировать небывалый рост, сменив доминирующее ранее сельское хозяйство на преимущественное развитие сегмента высоких технологий. Деятельность бизнес-структур активно поддерживалась со стороны государства, в результате чего в Южной Корее были сформированы новые отрасли: электроника, автомобилестроение и судостроение.
Пятерка крупнейших чеболей:
- Samsung (производство электроники и бытовой техники);
- Hyundai Motor (автомобилестроение);
- SK Group (телекоммуникации, нефтегазовая промышленность и гостиничный бизнес);
- LG (производство электроники и бытовой техники);
- Lotte (торговля, производство продуктов питания, гостиничный бизнес и недвижимость).
С другой стороны, в последние годы все чаще и чаще говорят о кризисе чеболей: многие эксперты отмечают неэффективность процесса передачи власти в крупных бизнес-структурах по наследству. Правление подобными структурами рациональнее было бы доверить профессиональным руководителям, сумевшим доказать свою конкурентоспособность на рынке труда.
Сегодня для чеболей характерны все проблемы монополий, связанные с непрозрачными механизмами принятия решений, когда личные интересы глав кланов зачастую выходят на первый план. В результате представители подобных структур регулярно оказываются замешанными в громких коррупционных скандалах. Кроме того, игнорирование рыночных условий заметно затрудняет процессы внедрения инноваций, что снижает общую конкурентоспособность чеболей. В результате деятельности подобных структур усиливается социально-экономическое неравенство в стране.
Критика чеболей не ограничивается одними словами: так, в прошлом году в Южной Корее прошла серия забастовок с призывами установить более жесткий контроль над финансово-промышленными конгломератами и обеспечить соблюдение трудового законодательства для их сотрудников. Деятельностью чеболей обеспокоен не только народ, но и правительство: в частности, борьбу с ними возглавил Ким Сан Чо, с 2017 года занимающий пост главы антимонопольного ведомства Южной Кореи — Комиссии по добросовестной конкуренции. За свою жесткую позицию он получил в народе прозвище «охотник за чеболями».
Реформа корпоративных структур стала одной из заявленных целей пришедшего в том же 2017 году к власти нынешнего президента Южной Кореи Мун Джеина. Конечно, складывающееся в течение более полувека положение вещей нельзя изменить мгновенно, однако уже сейчас эксперты отмечают некоторые положительные тенденции: в частности, Samsung и Hyundai продемонстрировали готовность реформировать свою акционерную структуру и диверсицировать состав совета директоров.
Еще одна проблема чеболей связана с появлением на рынке труда поколения миллениалов — нового типа работников, которые предпочитают свободные формы занятости и не готовы тратить свою жизнь на службу в корпоративной структуре. Тенденции последних лет связаны с активным развитием гиг-экономики и использованием возможностей онлайн-ресурсов для построения карьеры и зарабатывания средств к существованию. Вполне возможно, что с течением времени проблема чеболей решится естественным образом на фоне формирования нового типа экономической культуры в Южной Кореи.
