На Исторической сцене Большого театра при полном зале прошла юбилейная, 25-я церемония вручения главной национальной театральной премии «Золотая маска», продлившаяся два часа сорок минут. Канал «Культура» показал телеверсию церемонии в половине первого ночи. Рассказывают Татьяна Кузнецова, Евгений Федоров и Ольга Федянина.
Предоставив «Маске» столь поздний эфир, столичные теленачальники не без основания надеялись, что церемонию высидят немногие. Эту предосторожность можно объяснить известным фрондерством «Маски»: «вручанты» и «получанты» не раз позволяли себе лишнее в речах, да и от публики, однажды захлопавшей и освиставшей министра культуры, можно ожидать чего угодно. А тут еще из-под домашнего ареста вышел Кирилл Серебренников, выдвинутый на премию во многих номинациях и, конечно, явившийся на церемонию. Словом, теленачальники подстраховались.
Однако церемония прошла удивительно умиротворенно. Наибольшей решительностью отличалось выступление Льва Додина, вручавшего «Маску» в главных драматических номинациях: патриарх порадовался сплоченности театрального сообщества и выразил надежду, что, в отличие от кинопремий, у «Маски» не появится антагониста в виде какой-нибудь «Золотого парика». Кириллу Серебренникову, дважды поднимавшемуся за трофеями на сцену, аплодировали горячо, но недемонстративно. Сам он тему отсидки не поднимал, но искренне радовался возвращению в мир, а нетеатральной темы коснулся лишь раз, призвав директора «Маски» Марию Ревякину разрешить конкретный казус — задержание полицией номинантов «Маски» из «Театр. На вынос», так и не доехавших до Большого.
Организаторы не поддались на естественное искушение сделать юбилей в Большом театре помпезным и постановочно перегруженным. Подведение итогов главного театрального фестиваля страны прошло в обстановке, как говорится, праздничной, но рабочей — и к тому же гораздо менее нервозной, чем в прошлые годы. Самым нарядным украшением церемонии был сам зал Большого театра, о красоте которого восхищенно сказал со сцены один из лаудаторов, сценограф Сергей Бархин. Постановщик церемонии Евгений Писарев подчеркнуто сделал единственным сценическим действием вечера собственно объявление итогов работы двух жюри. Он практически отказался от вставных номеров (единственную арию Виолетты, отделившую музыкальную часть церемонии от драматической, спела сопрано Пермского театра Надежда Павлова). Вторым планом, создающим фон для выхода лаудаторов и лауреатов, стал некий классицистский Колизей — пригодилась готовая декорация Зиновия Марголина, фигурировавшая прошлым летом на гала-концерте в честь чемпионата мира по футболу. В арочных проемах двухэтажной конструкции подтанцовывали и застывали в картинных позах Арлекины, Пульчинеллы и Коломбины — образ вечного театра, как бы выпавшего из времени. Из времени выпадало и само течение церемонии. Количество номинантов регламентом не ограничено (актеров-кукольников, например, было 14, а режиссеров в драме и вовсе 29), и одно перечисление десятков имен режиссеров, актеров, композиторов, сценографов, драматургов, хореографов, художников нескольких специальностей, названий спектаклей напоминало гомеровский список кораблей...
Полная версия статьи доступна на сайте «Ъ».