"Тётя, дай денег", - стоит в каких-то серых старых штанишонказ, смотрит на меня чёрными глазами. "Ты голодный?" - спрашиваю. Кивает как-то неуверенно. "Давно ел?" "Вчера в обед". Беру за руку, идём в магазин. Берём хлеб, молоко, какой-то грудинки немного. Выходим. "Поесть тебе где-то надо". "Я к мамке. Домой". "Далеко живёшь?" "Не, - машет. - Вот там. Она у меня тоже голодная". Убегает через дорогу. Смотрю, и жмёт в груди: какие же они беспризорные, если он, сам голодный, так матери еды принести торопится.
"Тётя, дай денег", - стоит в каких-то серых старых штанишонказ, смотрит на меня чёрными глазами.
"Ты голодный?" - спрашиваю.
Кивает как-то неуверенно.
"Давно ел?"
"Вчера в обед".
Беру за руку, идём в магазин. Берём хлеб, молоко, какой-то грудинки немного. Выходим.
"Поесть тебе где-то надо".
"Я к мамке. Домой".
"Далеко живёшь?"
"Не, - машет. - Вот там. Она у меня тоже голодная".
Убегает через дорогу. Смотрю, и жмёт в груди: какие же они беспризорные, если он, сам голодный, так матери еды принести торопится.