Найти тему
Михаил Васильев

Почему момент рождения Вселенной назвали Большим Взрывом

«…И сказал Бог: да будет свет. И стал свет…», - так Библия описывает сотворение мира. Как оно было на самом деле, мы, похоже, никогда не узнаем. Но предположить, с определенной долей вероятности, можем.

Не верь глазам своим

Все началось до банального просто. В 1912 году американский астроном Весто Слайфер проводил самые обычные астрономические наблюдения и в какой-то момент обнаружил, что соседние галактики отдаляются от нашего Млечного Пути. Не поверил. Перепроверил. Оказалось, так оно и есть.

Вслед за Слайфером к такому же выводу пришел в 1922 году и выдающийся российский математик и космолог Александр Фридман. Найдя нестационарные решения уравнений Эйнштейна он доказал, что Вселенная действительно находится в стадии расширения.

Несколько позже, в 1929 году, еще один американский астроном Эдвин Хаббл обнаружил взаимосвязь между расстоянием и скоростью удаления галактик, которую последствии назвали законом Хаббла.

Ученый священник

К описанным выше выводам, еще в 1927 году, независимо от Фридмана и Хаблла, пришел бельгийский математик и физик Жорж Леметр. Он первым и изложил свои соображения на этот счет. По его разумению выходило, что в далеком прошлом, вся масса Вселенной была сосредоточена в одной маленькой-маленькой точке. Спустя время ее назовут сингулярность, что в переводе с божественной латыни на «язык родных осин» означает «единственный» или «особенный».

В космологии это понятие получило более широкое толкование. А именно, так стало называться начальное состояние Вселенной, характеризующееся бесконечно малыми размерами и такой же бесконечной плотностью и температурой.

Самое удивительное в этой истории то, что Жорж Леметр был… католическим священником! Но его, на первый взгляд, крамольное открытие нисколько не осложнило отношения с отцами церкви. Напротив. Леметр был назначен президентом Папской академии наук. А позже сам папа Иоанн XXIII возвел его в сан прелата, один из высших в церковной иерархии. Для сравнения, этот титул, примерно, соответствует званию генерала.

Двойные стандарты

Теория расширяющейся Вселенной вызвала много бурных споров в среде ученых мужей в начале прошлого века. А все потому, что большинство из них искренне считало, что Вселенная находится в стационарном состоянии и никуда, тем более из какой-то там точки, расширятся не может.

Примерно такой же резонанс вызвало космологическое учение Джордано Бруно о бесконечности Вселенной и множественности миров. К тому же и Леметр, и Бруно были религиозными служителями. Одно только существенно отличало их. Итальянца церковь сожгла на костре, а бельгийца, все та же католическая церковь, всячески облагодетельствовала и вознесла чуть ли не до небес!

Вот, кстати, вам ярчайший пример двойных стандартов. За, практически, одно и тоже открытие, одна и таже организация, вынесла своим членам диаметрально противоположные вердикты! Правда между этими событиями прошло более 300 лет. Но для самой консервативной структуры в мире это ничего не меняет.

В спорах рождается истина

С окончанием Второй мировой войны споры о происхождении вселенной вспыхнули с новой силой. Сторонники стационарной модели, в частности британский астроном Фред Хойл, с жаром доказывали свою правоту приверженцам теории Большого взрыва. Но последняя быстро набирала популярность среди научного сообщества. Ее состоятельность подтверждалась различными исследованиями, в то время как теория стационарной Вселенной постепенно сходила на нет.

Но дальше было еще интересней. Раздосадованный таким оборотом дел все тот же Фред Хойл, в 1949 году иронично отозвался о «динамически эволюционирующей модели Вселенной". Так первоначально Называлась новая теория. «Эта идея Большого взрыва кажется мне совершенно неудовлетворительной", - с язвительной усмешкой сказал он.

С тех пор, растиражированное СМИ, это выражение стало жить своей собственной жизнью. По все той же иронии судьбы, имя его автора осталось известно лишь узкому кругу специалистов. В то время как имена его оппонентов стали достоянием истории.

Фридман, Леметр и Хаббл – это не фамилии людей. Это названия кратеров на Луне и не только. Их имена носят и физические законы и космические корабли.