Казалось бы, мы все со школьной скамьи точно знаем ответ на этот вопрос: Дмитрий Донской повёл полки против Золотой Орды и победил, чем запустил процесс освобождения от татаро-монгольского ига, произошедшего спустя 100 лет. Реальность несколько сложнее учебника истории.
Великая замятня
Русь была частью государства Золотая Орда, точнее – Улуса Джучи. В частности, мы платили не дань, а выход – внутригосударственный налог. Он исчислялся, исходя от сохи – не земледельческого орудия, а количества пахотной земли. Выход с течением времени уменьшался. Ко временам Дмитрия Донского Москва платила 960 рублей, что было в два раза ниже первоначальной суммы, но тоже являлось существенной величиной.
Глава Улуса Джучи назывался на Руси царём, никем его власть не оспаривалась, русские князья ездили за ярлыком на княжение в Орду, не думая о непокорности.
Винить их в этом нельзя. Нашествие Батыя и последующие карательные экспедиции показали, что татаро-монголы не терпят повстанцев, а после «операции по умиротворению» не только всех жителей вырезают, но даже и домашних животных. Поселение стирается с лица Земли и люди селятся там лишь спустя долгое время, иногда проходит век-другой, прежде, чем начнёт теплиться жизнь на бывшем пепелище.
Были ли Мамай законным владыкой? Нет. К 1380 году в Золотой Орде уже 20 лет шла усобица, названная «великой замятней». За это время сменилось 25 Великих Ханов, которых ставил и свергал Мамай. Формально он был визирем, говоря в терминах более поздней Османской империи, но практически правил немалой территорией, пусть и без законных на то оснований.
Тамерлану надоела вся эта свистопляска и он прислал в Улус Джучи природного чингизида Тохтамыша. Мамай стал воевать против Тохтамыша. Ему нужны были деньги и он выдвинул Руси ультиматум – заплатить выход в размерах «времён Джанибековых». Коалиция русских князей отказалась. Мамай пошёл на Русь, заручившись поддержкой литовского князя Ягайло и как минимум нейтралитетом Олега Рязанского. Он числился союзником Мамая, но в реальности не предпринял никаких шагов ему в помощь.
Дмитрий Донской собрал войско очень быстро и в течение трёх недель преодолел более 300 километров от Москвы до слияния Дона и Непрядвы. Это было Дикое поле и впервые за много десятилетий, если не столетий, русская рать ушла так глубоко в степь. Донской сильно рисковал, был шанс потерять всех воинов и потерпеть поражение. Тем не менее, он имел полное право на поход – это было противостояние с узурпатором и сепаратистом Мамаем в интересах законного государя – Тохтамыша.
Что произошло на поле Куликовом
Есть устоявшаяся традиция в трактовке состава войск и хода битвы. Например, на картине «Утро на Куликовом поле» Бубнова нарисована пешая рать, напряжённо вглядывающаяся в приближающееся неприятельское войско. Военный историк, научный секретарь семинара военной археологии при Институте истории материальной культуры РАН Клим Жуков утверждает, что у русских не было пехоты в Мамаевом побоище. Как и у их противника (пресловутая наёмная генуэзская пехота). Оба войска были конные. Жуков ссылается на скорость продвижения Дмитрия Донского от Москвы, которую невозможно было бы обеспечить с участием пехоты – в случае с русским войском. Генуэзцы – это арбалетчики, ни одного арбалетного болта на месте битвы не обнаружено, кроме того, как бы дошла пехота из такой дали и так быстро? Это что касается контингента Мамая.
Не было ни с одной стороны сотен тысяч человек – они бы просто не поместились на поле битвы, чьё местоположения, рельеф и прочие характеристики хорошо изучены. Историк Олег Двуреченский, исходя из физических параметров всадников, построения кавалерии и размера площади, где проходили события, оценивает размер русского войска максимально в 10 тысяч. У Мамая было примерно в два раза больше.
Не соответствует реальности и закрепившееся в массовом сознании деление русского войска на Сторожевой, Большой, полки Левой и Правой руки – это свойственно XVI веку и в XIV не могло быть в силу целого ряда объективных причин. Не было и Засадного полка – ему просто негде было бы спрятаться. А вот Боброк Волынский был. Более того, историки склоняются к мысли, что именно этот опытный воевода выбрал место и тактику битвы, обладая опытом победы над татарами во время службы в Литве. В частности, Боброк лишил татаро-монгол возможности применить их любимый тактический приём с осыпанием стрелами неприятеля и притворным бегством с увлечением врага в погоню, которая наталкивалась на тяжёлую кавалерию и терпела поражение. Так что, Дмитрий Донской действительно мог воевать как простой воин, в рядах дружины, а не командующий сражением – лично от него уже ничего не зависело, а управление войском было в опытных и надёжных руках.