Фантастика в поэзии - явление не частое.
Как пишет Википедия
В русской литературе конца XIX — начала XX века нередким было обращение к теме жизни на других планетах и у других звёзд в лирике символизма (в частности, у Фёдора Сологуба и Валерия Брюсова). По мнению А. Ф. Бритикова, русская литературная традиция научно-фантастической поэзии началась с ранних образцов в творчестве Валерия Брюсова, Велимира Хлебникова и Владимира Маяковского и получила дальнейшее развитие в творчестве прежде всего ленинградских поэтов 1960—1970-х годов
— В. Шефнера, О. Тарутина и других; так, книгу Олега Тарутина «Зеница ока» (1979) Бритиков называет первым русским сборником фантастической поэзии. Среди заметных явлений научно-фантастической поэзии того времени называют также стихотворения Юрия Кузнецова («Змеиные травы», «Атомная сказка» (1968) и другие), поэму «Струфиан» (1974) Давида Самойлова. В литературе 1990-х годов к данному жанру можно отчасти отнести творчество Дмитрия Быкова (например, стихотворение «Постэсхатологическое» (1991), поэму «Версия» (1993), излагающую вариант альтернативной историипослереволюционной русской литературы). В XXI веке фантастическая поэзия представлена в творчестве Марии Степановой; одним из наиболее заметных явлений стало также творчество Фёдора Сваровского(предшественником которого выступил в стихах 1990-х годов Андрей Родионов): как отмечала критик Людмила Вязмитинова.
Оба обратились к трэшевым, почти бульварным космическим сюжетам. С одной стороны, это самый массовый вид фантастики, а герои обоих поэтов — представители именно демократических «широких масс». С другой стороны, фантастика — наиболее удобный материал для формирования интонации, в которой ирония сочетается с экзистенциальной глубиной ...
Автору данного очерка фантастика в поэзии далась не сразу, а в виде разового цикла небольших поэтических сюжетов, подаренных некой космической музой абсолютно не давно, не далее чем как около года тому назад.
Некторыми из этих произведений я хотел бы поделиться с вами.
Я - тишина.
Я – тишина…
Здесь на тысячу лет световых никого, кроме…
Тускло мерцают огни мониторов и звёзды чужие,
Четыреста сорок недель в коме. Проснусь,
Кислород выше нормы, болит голова
И дрожит тонкий нерв…
Одиночество? Страх? Неизвестность?
Ведь я первый!
Я далеко…
Даже если вернуться назад, то не хватит и жизни моей…
Я в безмолвном пространстве лечу высоко или низко?
Не знаю…
Как в в титановой скорлупе - в коконе стен корабля,
Толщиною в миллиметры, витаю вдали от знакомых орбит ,
Я среди бесконечных галактик… вселенной…
Какой замечательный вид в узких кварцевых линзах!
В моих цифровых объективах!
Но где же конец это бренной статичной поры ожидания?
Встречи с неведомым миром?
Другими канонами времени, правил, цветов или звуков чужих…
Иной гравитации…
Солнца иного…
Условий для жизни…
Цивилизации…
Знаний…
Дыхания…?
Тысячи-тысячи-тысячи лет….
Где она та звезда?
Где мой новый единственный дом? Космопорт? Космодром?
И она...?
Я последний и первый из тех на Земле,
Кого не погубила ужасная эта война…
И я уже далеко-далеко….
Я – тишина.
Что это? Некий постапокалиптический сюжет, наполненный отчаянием или надеждой? Остаётся лишь гадать...
*****
Когда мы распадёмся на атомы.
И пусть наш корабль летит – он потрёпан, с заплатами…
К звёздам экранами солнечных батарей...
Миг, когда мы навсегда распадёмся на атомы,
Скоро наступит! Летим же давай, поскорей!
Тридцать четыре парсека умеренной гавани
Без переходов пространства и квантовых волн…
Мы, отправляясь в межзвёздное долгое плаванье
Ждали, когда нас догонит редчайший бозон…
И вновь проходили туманность и искренне верили,
Что зодиак нам подскажет единственный путь!
Но Бог, прикрываясь энергией тёмной материи
В космосе дальнем шептал нам: «О прошлом забудь…!»
И вот на радарах двойная система – тут «ветрено»…
Много осколков комет и космических бурь…
Новая наша планета под именем Кеплера
Будет из наших потомков выветривать дурь…
И древний корабль летит , он потрёпан, с заплатами…
К звёздам экранами солнечных батарей...
Миг, когда мы навсегда распадёмся на атомы,
Скоро наступит! Скорее корабль, скорей!
*****
Венера и Марс.
Я так долго живу параллельно с тобой,
Что давно долетел бы до Солнца!
Ты Венера – я Марс!
Между нами Земля, на которую мы не вернемся…
Ярко-красный как мак, я бросаю в тебя
Бесполезные острые камни,
Но к твоим полюсам долетает лишь пыль
С одинокой кометой на память...
Разбегаются звезды, спешат корабли
Покоряя просторы галактик,
Я кровавой планетой в плену у орбит
Обнажаю сердечный свой кратер…
А Венера закуталась в плед облаков
И упрятала прелести в свитер,
Ей до Марса всего только пара шагов,
Но ей нравится больше Юпитер…
Я так долго живу параллельно с тобой,
Что давно долетел бы до Солнца!
Ты Венера – я Марс,
Между нами Земля, на которую мы не вернемся…
*****
Они будут первыми.
Они будут первыми…
В тридцать седьмом…
Откроется люк и на землю сойдёт осторожно их главный посол,
Совсем не таким его видела литература и мозг воспалённых поэтов, фантастов, учёных…
Неведомый страх ему видим, как нам, но им движет какое-то новое странное чувство,
Совсем незнакомое людям, щемящее душу, торжественное или опасное?
Как нервозность, но только точнее внимание мысли…
Как ропот, но слишком уверенно чувствовать кожей, что всё нипочём! И взгляд…
Словно острая бритва разящий, пронзающий плоть и уверенно мудрый и светлый…
Он сделает шаг.
Чуть качаясь, но крепко держась за невидимый столп,
Отражаясь в искристом металле скафандра, шуршащего словно бумага
И руки его, что похожи на руки богов, мягким и легким движением
Свиток протянут навстречу, сверкающий словно фольга, но живой и послушный…
Всё было не так в тех фантазиях детских рассказов у Рэя…
И вот он совсем уже рядом со мной, ближе метра…
Я чувствую тяжесть дыхание и гулкий гортанный как стон его звук,
Это речь или слово? Угроза или восторг? Скоро узнаем мы все на Земле,
Кто перед нами спустился с небес и открылся для взора!
А пока - неизбежность познания нового мира, где с каждой секундой уходит в прошлое непонимание или вечный вопрос:
Одиноки ли мы во вселенной?
Изменится мир.
И они будут первыми.
В тридцать седьмом…
Отсюда: https://www.stihi.ru/avtor/serenad1970
