Первый официальный визит президента Казахстана Касыма-Жомарта Токаева в Москву закончился рядом важных заявлений. Помимо переговоров об усилении интеграции в рамках Евразийского союза, СНГ и ШОС президенты обсудили вопросы санкционного давления и строительства атомной станции в Казахстане. Какие из рассмотренных вопросов будут решены в ближайшее время, и чего ждать от грядущих президентских выборов в Казахстане, в интервью «Евразия.Эксперт» раскрыл известный казахстанский политолог Талгат Калиев.
- Талгат Бегимович, Касыма-Жомарта Токаева у трапа самолета встречали глава департамента протокола Министерства иностранных дел РФ Игорь Богдашев и посол Казахстана в России Имангали Тасмагамбетов. Но не Владимир Путин. Общественность широко обсуждала эту встречу в соцсетях. Есть о чем переживать?
- Вопросы относительно протокола встречи президента Казахстана в московском аэропорту правильнее адресовать российскому МИД. Данные процедуры четко и недвусмысленно прорабатываются посольствами и внешнеполитическими ведомствами обеих стран. Очевидно, формат был согласован и признан сторонами приемлемым. И наверняка существуют определенные нормы международного протокола, на которые опирались стороны при организации визита.
- Путин предложил построить атомную электростанцию в Казахстане. 30 лет Нурсултан Назарбаев отказывался от этой идеи, и вот о ней заговорили снова. Насколько вероятно строительство АЭС?
- Этот вопрос слишком долгий и требует длительного изучения, проработки и согласования. Это не вопрос одного года. Пока это лишь предложение. Кроме того, я думаю, что если и будут строить АЭС в Казахстане, то будет проведен международный тендер по определению генподрядчика, обладающего самыми передовыми технологиями.
- Казахстан в скором времени планирует перейти на латиницу. Как это отразится на сотрудничестве с нашими партнерами по ЕАЭС?
- Никак не отразится. На латинскую графику переносят алфавит казахского языка, который никогда не являлся операционным в наших межгосударственных и интеграционных проектах.
Статус русского языка, как языка межнационального общения, прописан в казахстанской Конституции, его графика никаких изменений не претерпевает.
Те, кто не знал казахского и не пользовался им, не заметят вообще никаких изменений. Те, кто использует его в повседневной жизни, легко адаптировались к новой графике.
- В интервью российским СМИ глава Казахстана сказал, что будет придерживаться курса, взятого первым президентом. Следовало бы ожидать от Токаева, как от дипломата, изменений во внешнеполитическом курсе?
- Наоборот. Во внешней политике не должно быть резких движений. Казахстан в этом отношении всегда отличался последовательностью.
И Токаев, как дипломат и человек, стоявший во главе внешнеполитического ведомства не один раз, понимает ценность достигнутого Казахстаном уважения и репутации на международной арене. Любые резкие движения сейчас будут явно не на пользу ни стране, ни ее руководству.
Что касается евразийства, идея Назарбаева в первоначальном формате конструктивна и правильна, потому что мы находимся в одном пространстве. Не имея выхода к морю, мы заинтересованы в сотрудничестве со своими соседями. Так что у ЕАЭС есть и перспективы, и потенциал.
- Какова вероятность вступления в ЕАЭС новых членов? Кто это мог бы быть?
- Если бы к союзу присоединилась Турция, это бы резко изменило баланс сил. Объединение стало бы по-настоящему многосторонним, не стало бы сильного доминирования России. У Турции стабильная несырьевая экономика, которая способна поделиться технологиями с Казахстаном, Россией и другими членами ЕАЭС.
Сегодня турецкие производители и предприниматели конкурируют с китайскими по всему миру. Поэтому для нас расширение за счет Турции или Индии было бы вполне продуктивным.
- А что насчет Ирана? Он также большой потребитель продукции стран ЕАЭС.
- Иран находится под санкциями. Это слишком токсичный партнер, чтобы с ним сближаться. Если мы хотим сотрудничать с Ираном и оградиться от остального мира, то тогда тесное партнерство с Ираном было бы самым верным решением.
- Будет ли Токаев выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах? Каких еще сильных кандидатов нам следует ждать?
- Думаю, что будет. Тему предстоящих выборов я очень активно обсуждаю со своими подписчиками в моем канале в социальной сети. Я провел опрос, предложив людям самим выбрать вероятного кандидата на пост следующего президента страны. Поэтапное голосование по каждой группе кандидатов позволило выявить ключевых лидеров.
- Возможны ли корректировки первоначального сценария неожиданными кандидатами, которые до сих пор показательно отказывались от демонстрации политических амбиций?
- Следует учитывать, что прежде речь шла о конкуренции с первым президентом, в то время как сейчас речь идет о совершенно иных условиях. В них любой потенциальный конкурент может, как минимум, выдвинуться с целью политического торга и получения соответствующих акций в транзитном процессе, а как максимум, главного приза.