Валентина ЯРОВЕНКО: «На войне нет места страху, нужно выполнять приказ»
На долю героини этого материала выпали непростые испытания: жизнь оказалась к ней жестокой, а судьба — непредсказуемой. Клеймо раскулаченной семьи, жизнь в приюте при живых родителях, Великая Отечественная война, смерть дочери и мужа… Встречая свою 97-ю весну, убеленная сединами женщина не выглядит озлобленной на этот мир, принимает все посланное ей Богом как должное. Историю Валентины Иосифовны ЯРОВЕНКО рассказывает обозреватель «РСГ».
Когда началась Великая Отечественная война, Вале Талпыго исполнилось восемнадцать. Казалось бы, самое время грезить о любви, строить планы на будущее, но… в один миг все перечеркнула война.
— Родилась я в деревне Тиньков Крического района Могилевской области. Семья была хорошей, в то время даже говорили зажиточной. Когда начались все эти процессы раскулачивания, родителей выслали на работу в Сибирь. От восхода солнца и до самого вечера трудились они на лесозаготовках. Нас, семерых детей, отправили в Пермский приют. Получается, что при живых родителях мы практически стали сиротами, — начинает свой рассказ Валентина Иосифовна. — Отца я больше никогда в жизни не видела. Помню его хорошо, грамотный человек был. По вечерам сельчане приходили к нам домой с книгами и газетами, говорили: «Иосиф Михайлович, давай-ка почитаем».
Сама Валентина Талпыго овладела грамотой и окончила четыре класса в Пермском приюте. Когда маму отпустили домой, детей тоже вернули на малую родину. Правда, женщине уже одной пришлось поднимать семерых ребятишек: отца Валентины Иосифовны расстреляли.
Работы в родной деревне не было, да и клеймо кулацкой семьи довлело. Чтобы хоть как-то прокормиться, Талпыги перебрались в Витебск. Вместе с мамой Валентина Иосифовна устроилась на чулочно-трикотажную фабрику им. КИМ, работать приходилось по двенадцать часов в день.
Здесь, в Витебске, героиню этого материала и застала Великая Отечественная война. Кажется, даже сейчас убеленная сединами женщина не забывает воя летящих немецких истребителей. Память вновь и вновь возвращает мою собеседницу в далекую юность, полную горечи и надежд на светлое будущее:
— Производство было остановлено, в годы Великой Отечественной войны Витебскую трикотажную фабрику им. КИМ эвакуировали в Ульяновск. Работники военкомата организовали встречу с заводчанами, рассказали о том, что немцы вероломно нарушили границу, призывали защищать и беречь родную землю. «Это наша родина! Это наша земля! Мы не пустим сюда захватчиков!» — наперебой кричали и стар и млад, — вспоминает Валентина Иосифовна.
Через три дня воодушевленные работники фабрики, среди которых и героиня этого материала, стояли у входа в военкомат в надежде пополнить ряды Красной Армии.
— Мама не отговаривала меня. Наоборот, всячески поддерживала мое решение. Говорила, что если я родилась на этой земле, то должна ее защищать до последнего. В назначенный срок мы пришли в военкомат. Здесь уже было много грузовых машин, готовых доставить добровольцев на фронт. Каждому из нас выдали флягу с водой и лопату, сказали, что мы поедем копать окопы, — рассказывает моя собеседница.
До места назначения колона добровольцев так и не добралась. Из-за массовых воздушных обстрелов люди вынуждены были укрыться в лесу. В первые дни, когда звуки бомбежек были в новинку, признается пожилая женщина, казалось, сердце может разорваться от них. Однако спустя время и к этому все привыкли: стало ясно, что на войне нет тишины…
— По дороге мы уже не могли ехать: немецкие самолеты летали как воронье. Радисты передали информацию, что фашисты уже лютуют, призывали не сдаваться и давать захватчикам должный отпор, просили помогать раненым и хоронить погибших, — с трудом сдерживая эмоции, вспоминает Валентина Иосифовна. — Несколько месяцев мы жили в лесу, изголодались сильно, по ночам ходили копать картошку на ближайшем поле.
Чуть позже героиню этого материала перевели в прачечный полевой отряд. Женщины и молодые девушки перестирывали окровавленное белье. После нескольких дней такой работы на руках прачек появлялись глубокие раны. В феврале 1944 г., когда начал формироваться Первый Белорусский фронт, Валентину Иосифовну перевели в санитарную часть при десятой действующей армии. Девушки-санитарки на хрупких плечах прямо во время обстрелов выносили раненых бойцов, медицинский персонал госпиталя работал сутками, не покидая больных.
— Молодые были совсем, мужчин не видели, а надо было раздеть раненых, обмыть. Насмотрелась тут всего: и без рук солдат выносили, и без ног… Плакали мы, боялись, а командующий говорил: «Вы знали, куда шли. На войне нет места страху, необходимо выполнять приказ». И мы его выполняли. Переодевали раненых, шили одежду. Порой из трех рубах приходилось делать одну. И одна порвана, и вторая наполовину разодрана, и от третьей совсем ничего не осталось, а людям надеть нечего, вот и приходилось выкручиваться, — вспоминает моя собеседница. — Как подумаешь, сколько людей погибло, так начинаешь по-другому относиться к своей жизни. А вообще, на войне спасала мысль о том, что мы боремся за свою родную землю, за свободу советского народа, за то, чтобы у наших людей было мирное небо над головой.
По-настоящему гордится Валентина Иосифовна тем, что ей довелось пообщаться с самим Георгием Константиновичем ЖУКОВЫМ. Великий полководец, по словам моей собеседницы, оказался совершенно простым человеком, который, как и все в то тяжелое время, болел душой за родную землю.
Здесь, на фронте, санинструктор Талпыго познакомилась и с будущим супругом Иваном Терентьевичем ЯРОВЕНКО. Раненый украинец сразу же приглянулся Валентине Иосифовне, но еще не закончилась война и думать о каких-то романтических отношениях девушке даже в голову не приходило. На первом месте была Родина!
Победу героиня этого материала отпраздновала на территории Германии.
— Мы плакали, радовались, обнимали друг друга и поздравляли с этим долгожданным событием. Рядом стояли танки, наши солдаты в руках держали оружие, будто не верили, что немцы окончательно сдались. Захватчики стояли напротив, о чем они думали в этот момент, известно только одному Богу, — говорит Валентина Иосифовна.
В 1947 году девушка вышла замуж за того самого раненого украинца Ивана Яровенко. Молодой человек разыскал возлюбленную после войны и ради нее навсегда обосновался в Беларуси.
— Как поженились, перебрались в Гродно. Поначалу было очень тяжело: долгое время мыкались по съемным углам. Однако когда обзавелись собственными квадратными метрами, жить стало проще и веселее. Муж работал на мелькомбинате грузчиком, я санитаркой в общежитии. Затем «переквалифицировалась» в уборщицы, трудилась в строительно-монтажном тресте № 30, затем в ОАО «Гроднопромстрой». Отсюда и ушла за заслуженный отдых, — рассказывает моя собеседница.
Великая Отечественная война забрала жизни трех братьев Талпыго — на фронтах в разное время погибли Александр, Николай и Вячеслав. Среди павших и мужья сестер Валентины Иосифовны: после войны женщины остались вдовами с малолетними детьми на руках.
Спустя без малого восемь десятков лет об этой трагической странице в биографии моей собеседницы напоминают боевые награды. В копилке Валентины Яровенко их великое множество, самыми знаковыми она считает орден Отечественной войны II степени, медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «За боевые заслуги» и медаль Жукова. Того самого полководца, с которым она оказалась лично знакома.
Судьба отмерила Валентине Иосифовне долгий век, возможно, как компенсацию за выпавшие на ее долю испытания. Раньше в свободное время она любила заниматься рукоделием. Теперь, когда зрение полностью утеряно, инвалид 1-й группы Великой Отечественной войны коротает время за беседами со своим единственным близким человеком — племянницей Ниной.
Глядя на эту миниатюрную женщину, удивляюсь, как она смогла пережить ужасы военного времени. На вопрос, что было самым страшным в те годы, моя собеседница отвечает:
— Проиграть эту войну, отдать родную землю в распоряжение захватчиков. Мы свято верили в Великую Победу. Эта мысль даже в самые трудные минуты грела сердца!
Елена КУНАХОВЕЦ, фото из архива В.И. Яровенко
“Республиканская строительная газета” №17 от 2 мая 2019 года