Каждая сессия была для меня словно билет в хорошую жизнь, такую, какую я представляла в своих мечтах. Разумеется,на время сессии жила я у друзей, так как университет, в который я поступила, был в другом городе. Кампания не самая лучшая, но и не самая плохая.
Когда я училась в школе искусств, я была одной из самых талантливых учениц. Меня часто хвалили и ругали, за то, что пропускала занятия. В университете меня спустили, что называется " с небес на землю". Четко и ясно дали понять, что ничего я не умею и не знаю. Как оказалось, никто из моих одногруппников не отличался от меня. Так мы и подружились - 16 "безруких" девиц и один парень. Тоже "безрукий", кстати, у него не было нескольких пальцев, так что это прям в тему.
По возвращении с сессии, я снова тонула в омуте зависимости от своего молодого человека, который был ко мне не столь расположен и отвратной работы, от которой меня уже тошнило. Начальница нашего отдела - вредная старуха, повёрнутая на работе, постоянно была недовольна мной, что бы я ни делала, так же как и начальница выше той, что надо мной. Все это я терпела за 7 тысяч рублей в месяц из-за того, что никакого образования у меня не было. А просто сидеть дома - дормоедство. За работой над одним из отчётов, я заработала себе близорукость. Приятный бонус. Я начала понимать, что такое выходные и как это плохо - ходить на работу, от которой дёргается глаз. Коллектив был гнилой, мне было очень некомфортно находиться в нем и делать вид, что я не замечаю, что про меня говорят. Однажды мне предложили работу педагогом в моей родной художественной школе. Мне только нужно было закончить первый курс. Тогда я впервые зарыдала на рабочем месте от морального гнета. Я очень хотела уйти, но он меня останавливал.
- Я против, что бы ты отсюда уходила.
- Почему? Ты мне вообще говорил, что меня не возьмут никуда. А меня не то что берут, меня зовут.
- Ты там проработаешь месяц и завоешь.
- Я здесь уже вою..
- Здесь нормально, сидишь и делаешь работу на ровном месте, а там, я тебе говорю, ты не сможешь.
- Смогу.
- Ну, посмотрим.
Я ждала этой работы как вселенского счастья, наконец то уйду из этого мелкого ада.
На летней сессии я испытала прелести студенческой жизни во всех ее смыслах. Меня не приняли те друзья, у которых я гостила зимой и мне пришлось жить в голой, в прямом смысле, квартире на первом этаже, прямо около тротуара. Такую роскошь предоставила мамина знакомая. Единственное хорошее качество квартиры - пластиковые окна, которые меня защищали, хотя бы, от уличного шума. Занавесок не было, так что вечером приходилось выключать свет и довольствоваться освещением ноутбука, который я успела купить до этого. Интернета в квартире не было, я пользовалась модемом, который иногда жутко тормозил. Раковина на кухне была просто привязана проволокой к стене, холодильника не было. Бетонные стены, ДСП на полу, на потолке одиноко болталась лампочка. Плюс, в подарок - соседи с детьми сверху, которые ровно в 11 вечера начинали конкурс самых громких копыт. Единственная, полностью отделанная комната, которая была в этой квартире - ванна, совмещённая с туалетом.
Я никого в этом городе не знала, поэтому, после пар сразу шла домой и все. Так проходил мой каждый день. За 40 дней летней сессии я одичала, в прямом смысле. Я перестала скучать даже по маме, про парня вообще молчу. Мне было хорошо одной и я не хотела никуда ходить и ни с кем разговаривать. Мне было прекрасно так, как есть. Но вечером, уже под ночь, мне становилось очень тоскливо, я смотрела в окно, наблюдала за прохожими и грустила. Это чувство у меня осталось с детства. Помню, как у бабушки, будучи совсем ребенком, смотрела из окна на тех, кто гуляет во дворе. И было то же самое тоскливое ощущение. Сколько я себя помню, это чувство приходило ко мне по вечерам.
Лето закончилось поездкой к морю. Все было бы до конца хорошо, если бы не постоянные ссоры в отношениях. Я тогда ещё не знала, что это было последнее лето вместе.
Продолжение следует...