Если на Западе в Средние века в военном деле ценились в первую очередь сила и ловкость, то на Востоке — ум и хитрость. Это хорошо показывает история одного из знаменитых полководцев Китая — Чжан Сюня, который умел одержать победу и с помощью прутиков вместо стрел, и выдавая соломенных кукол за реальных солдат. «Кукольная» бутафория привела к тому, что при осаде города Юнцю Чжан смог 500 воинами разогнать целую армию врагов.
События, о которых пойдет речь, произошли в правление китайской династии Тан (618-907 годы). Китай начал проводить активную внешнюю политику и расширять своё влияние на Востоке, но «побочным эффектом» этого стали частые смуты и мятежи внутри страны. Как правило, китайская армия выступала как на стороне императоров, так и на стороне восставших, поэтому дело выливалось в постоянные гражданские войны большего или меньшего масштаба. Состав самого войска был достаточно традиционным для восточных армий раннего Средневековья: тяжелая пехота, стрелки (часто вооруженные арбалетами вместо луков), конница, конные лучники. Последний род войск китайцы позаимствовали у соседей-кочевников. В отдельные формирования выделялись пограничные войска и императорская гвардия. Всего военные силы Китая насчитывали порядка 500-700 тысяч человек.
К VIII веку династия Тан подчинила часть кочевых племен на севере страны, западные и восточные тюркские племена, сталкивалась в Средней Азии с арабами, от которых, впрочем, потерпела поражение. Постоянные походы привели к тому, что система «фубин», действовавшая в Китае еще с VI века (воины прикреплялись к своему земельному наделу и вызывались на службу на определенное количество времени в году — от одного до двух месяцев), начала давать сбои. Армии не хватало, несмотря на её огромные по меркам Средних веков размеры. И тогда императоры стали наделять широкими полномочиями своих наместников, по современной терминологии — генерал-губернаторов («цзедуши»), которые, распоряжаясь в провинциях, при этом отвечали за набор войска и охрану границ.
То, что виделось разумной мерой, оказалось роковой ошибкой. Получив «полноту власти на местах», наместники стали распоряжаться своими территориями, как истинные правители. Когда же императоры попытались их приструнить, один из местных князьков, Ань Лушань, тюрок по происхождению, поднял в 756 году крупный мятеж против центральной власти. Владения главы мятежников примерно равнялись двум современным провинциям Монголии — Шэньси и Хэбэй (первая из них в то время называлась Хэдун). Кроме того, ему удалось привлечь на свою сторону кочевников-киданей. Лушань за короткое время захватил обе тогдашних столицы Поднебесной — Чанъань и Лоян. Император Сюань-цзун спасся и укрылся в южной провинции Сычуань, где отрекся от престола в пользу своего сына. В свою очередь, Ань Лушань объявил себя создателем новой династии. По всей империи развернулась война между сторонниками прежних и новых властителей.
Особенно прославился в этой войне полководец Чжан Сюнь. О нём самом в истории сохранилось не так много сведений. Известны годы жизни (709-757), а также то, что он, по-видимому, был начальником уезда Чжэньюань в провинции Хэнань и командовал войсками на этой территории. Отличался храбростью, преданностью и необычайным умом. Во время восстания Ань Лушаня полководец предпочел поддержать действующую династию Тан, хотя ситуация поначалу складывалась не в ее пользу.
Впервые хитрость Чжан Сюня проявилась в 756 году в полевом сражении на территории его уезда с другим генералом — Инь Цзыци, который перешел на сторону бунтовщиков. Ход сражения благоприятствовал войскам Чжана: китайские хроники сообщают, что в битве погибли около 5 тысяч мятежников. Чжан Сюнь хотел во что бы то ни стало добраться до вражеского полководца, но сначала его нужно было обнаружить в массе войск противника.
Здесь нужно сделать небольшое пояснение: на Востоке командир, который лично возглавляет армию в атаке — явление сверхредкое. Военачальник должен руководить битвой со стороны, считали китайцы и их соседи. Вспомним хотя бы одно из главных сражений русской истории — на Куликовом поле. Дмитрий Донской, отдав распоряжения, встает среди воинов передового полка, а монгольский хан Мамай следит за боем из своей ставки на холме. Вот вам разница европейского и восточного менталитетов.
Чтобы вычислить вражеского генерала, Чжан Сюнь придумал хитрый ход. Он приказал воинам зарядить луки «стрелами» из руты — растения, похожего на осоку. Убить такими палками невозможно, разве что поцарапать. Радостные воины Инь Цзыци бросились докладывать своему командиру, что у противников кончились стрелы. Тут-то соперника Чжан Сюня и накрыл уже настоящий, а не бутафорский залп. Получив тяжелое ранение - стрела вонзилась ему в левый глаз - Инь Цзыци ретировался с поля боя, а за ним и его армия.
Но самая знаменитая уловка Чжан Сюня случилась позже, в том же 756 году, во время осады крепости Юнцю. После поражения Инь Цзыци мятежники вскоре оправились и большими силами заперли относительно скромное войско Чжана в городе. Осажденная армия страдала от нехватки боеприпасов. И тогда Чжан Сюнь приказал сделать тысячу соломенных чучел в человеческий рост, одеть их в черные одежды и спустить ночью со стен на верёвках. Воины противника, которыми командовал новый полководец, Лин Хучао, проявили бдительность и тут же осыпали «десант» стрелами. Сотни и тысячи стрел вонзились в чучела и... застряли в них. После чего Чжан Сюнь приказал поднимать куклы обратно. Он решил сразу две проблемы: пополнил собственный арсенал и заметно сократил количество боеприпасов у врага.
Но это было только началом сюрпризов. Спустя несколько ночей охрана лагеря осаждавших снова увидела неподвижные чёрные фигуры, спускавшиеся со стен. Солдаты Лин Хучао решили, что больше не поддадутся на хитрость, и только посмеивались, глядя на очередных «кукол». А тем временем отряд из 500 теперь уже реальных, живых добровольцев Чжана благополучно миновал стены и обрушился на спящий лагерь врагов. Охрана от неожиданности не смогла оказать сопротивления. Воины Чжан Сюня смели стражу и подожгли палатки, бесчисленное количество врагов погибло на месте, остальные бежали.
Упорство и хитрость Чжан Сюня не пропали даром — он помог выстоять императорской династии, которой был беззаветно предан. Среди мятежников Ань Лушаня уже через год начались раздоры, их предводитель был убит, по-видимому, в результате заговора. К 763 году императору удалось окончательно подавить восстание, и династия Тан, едва не свергнутая, затем правила Китаем еще почти полторы сотни лет.
Это интересно! Точно такое же имя — Чжан Сюнь — носил политический и военный деятель Китая рубежа XIX и XX веков. Подобно предшественнику и тезке, известен тем, что поддержал низложенную династию Цин и в 1917 году пытался вернуть на трон императора-подростка Пу И.