Дорогие читатели! Прочитайте, пожалуйста, коротенький рассказ о том поколении, которое выжило в самое тяжкое время и принесло нам Победу. Небольшая зарисовка о простом русском старике, его последних минутах… К сожалению, их остались считанные единицы по всей Руси. Берегите оставшихся. Тем, кто ушёл – вечная память…
...Старик уходил тяжело. Дышать до того трудно, будто грудь придавили камнем. Никакого аппетита. Вода – и та глотается с большими усилиями. Но сознание пока ясное. Позади почти сто, а годочки – как один день. А каждые сутки – вот они, на виду…
Женился рано. Девушка хорошая попалась. Нарожали пятерых, вторая девочка, правда, померла махонькой ещё, Бог, считай, сразу прибрал. А остальных вырастили. Старшенькой досталось. И голод, и холод, и война, и оккупация, и концлагерь… Он после фронта положил жизнь на семью. Докучали раны, прободная язва. Всё одно гнался за копейкой – так хотелось выбиться из нужды…
Работа, калым, больница. Работа, калым, больница... Летом проще. Выручала рыба с Волги. Продашь, бывало, несколько рыбин – вот на пропитание и есть. А так до позднего вечера вязал рамы, двери – работы было невпроворот. Страна поднималась. Чего только не пробовал! Однажды даже проиграл в биллиард три рубля, мечтал взять куш, да оказался слабей противника. Больше в жизни не рисковал…
Выпивал редко – и захочешь, так хворобы не дадут разгуляться. Обидно, что Зина раздула эти досадные мелочи до вселенского масштаба. Когда стал немощным, всё выговаривала, что отец её сделал несчастным: и пьяница он, каких поискать, и мот – всё спускал на биллиарде. И сидит у неё на шее. Как это? Путин дал пенсию под тридцать тысяч, у неё – меньше в 2 раза… Как язык поворачивается, непонятно…
Надоели все обвинения… Со старшей намаялись. Троих внуков родила невесть от кого. Все на шее у деда с бабкой. Ребята получились ладные, а благодарности – ноль. Ничем не помогал!.. А кто дом поставил, где живём? Со всей округи родственников собирал, кланялся… Легко ли? Бабке проще, она сорок лет, как упокоилась, а ему отдуваться за двоих…
Старший сын вон обиделся, что не дал ему денег, как хотелось. Ну, получил он миллион на улучшение жилья – опять же не себе, правнуку помог с квартирой. А этот обиделся, ему тоже, мол, подавай в равной доли! А поделить на всех – тьфу, и нету!.. Всех-то целых сорок две головы!.. Теперь вот не разговаривает… А ведь тоже и дом помогли поставить, и телят ему выращивали, и со стройкой помогали… Покойница – та и по ночам плановала изнутри, и штукатурила… Может, там и подорвалась… Любимчик!.. А он пропьянствовал всю жизнь, а теперь оклемался, сына тиранит: «Я так не пил!..» Ага… Быстро забыл, как из луж ломом выдалбливали…
Да и младшая из того же теста... Детишек нарожали десяток. Квартиры четыре раза меняли! Слава Богу, давали с работы. Только успевай отделывать то одну, то другую. То, папа, дай на коляску, то на стол, то на шифоньер, то одеть надо, то обуть… А сейчас тоже дует в ту же дуду – ты нам не помогал… А сама как пенсия – так летит… Если не сама, так внуков подсылает. То пять, то десять тысяч ей надо… Самой уж семь десятков, а всё на папу надеется, жить не научилась…
Младший только и радует немножко. Бросил работу, жену, примчался, ухаживает за отцом с того самого дня, когда старшая скончалась… Уж сколько годов… И готовит хорошо, и поговорит, и обнадёжит, и успокоит… А ведь считали его с матерью самым непутёвым… Хулиганил постоянно… Ни к рубанку его не тянуло, ни к хозяйству... Всё больше книжками увлекался, да музыкой… А вот поди ж ты, выучился, на хорошей должности… И семья ладная, и заработки, и дом – полная чаша. Не пьёт, ни курит, обходительный… Мужики, когда приходят, недаром говорят, что повезло с ним. Ни обид не выказывает, ни копейки в жизни не попросил, ещё и помогает всегда и во всём… А по сути, они ведь с матерью, кроме как со свадьбой, и не помогли ничем…
Странная штука – жизнь!.. Над первыми тремя трусились с матерью, кохали, а достойных людей не вырастили… Последний рос сам, и человек получился на загляденье. Кабы не он, точно в богадельню отправили б… Даром, что рядом живут, а ведь докармливать никто не согласился… И проведать им старого недосуг… А этот, гляди, примчался за две тысячи вёрст… А тем мало батька помогал… Стыдно слышать такое на старости лет!.. Горько… Господи, забери меня к себе на небушко!.. Каждый день молю тебя!.. Тяжко быть обузой младшему… Ему-то за что?!.
… Младший сын, Витька, перемыл посуду, поспешил к отцу. Тот спокойно лежал на спине. Лицо стало восковым, нос неожиданно заострился, на правой щеке ещё не высохла последняя слеза… У Витьки от боли сердце сжалось в такой махонький комочек, что стало нестерпимо больно… В голове отчётливо застучало: тук-тук-тук… Обидно, отец мог бы ещё пожить…
Дорогие читатели! Как вы считаете – а достойно ли мы ухаживаем за стариками?
Дедуля