Историю рассказала мне старшая сестра. Когда она училась в школе, у неё был одноклассник, которого звали Петя. Говорит, учился на четвёрки и был довольно тихим мальчиком. С сестрой они подружились, начиная с восьмого класса. И вот как-то Петя после летних каникул вернулся с шрамом на голове около виска. На расспросы ответил, что летом ездили с отцом куда-то за город и там перевернулись в «УАЗике». Никто не умер, но Петя крепко приложился головой, в результате сотрясение мозга и шрам. Последствий никаких не было, да и неизвестно, связано ли это с тем, что было дальше, но сестра говорит, что сам Петя в происходящем винил именно травму.
К началу второй четверти Петя стал жаловаться моей сестре на периодически возникающее странное состояние. Вроде как сидит он — и вдруг всё вокруг становится как в кино, а он зритель, наблюдающим за этим «снаружи». Родители вроде водили его к врачам. А ещё Петя сестре рассказывал про свои сны. Суть была в том, что во снах он начал получать какие-то очень странные инструкции — например, пойти на такую-то улицу, встать там-то, отсчитать вдоль дороги столько-то столбов, потом повернуться налево, пойти в лес и там столько-то деревьев отсчитать, чтобы дойти до «нужного места». При этом Петя после пробуждения понимал, что это всего лишь сон, но забыть инструкции не мог — они крутились у него в голове целый день, а то и несколько, но потом всё-таки забывались.
Ни сам Петя, ни моя сестра особого значения не придавали этим наплывам «киношного» состояния и инструкциям из снов, считали, что это сбои в работе мозга после сотрясения, да и врачи говорили, что такое после травм бывает и само проходит со временем. Но когда Петя рассказал о происходящем одному своему знакомому, тот загорелся энтузиазмом и подбил Петю таки выполнить одну из свежих на тот момент инструкций. Сестра точно не помнила последовательность действий при пересказе, но конечные шаги заключались в том, чтобы отсчитать с точки текущего местонахождения N подъездов (причём именно подъездов, а не домов — если, например, дом заканчивается на пятом подъезде, то нужно перейти к следующему дому и считать дальше с шести, и так до N). В общем, эти двое прошлись по подъездам, зашли в нужный подъезд и посмотрели на нужную стену на нужном этаже, всё согласно инструкции из сна — и оказалось, что там чёрным маркером намалеван большой рисунок ухмыляющегося черта с подписью «ПРИВЕТ ПЕТР». Петя сам говорил, что никогда до этого в том квартале не бывал, да и друг не мог подстроить, потому что Петя вспоминал инструкцию в процессе самого похода и до этого никому её не рассказывал. Как только Петя увидел чертенка, тот показался ему очень знакомым, возникло сильнейшее ощущение дежа-вю, и тут же он вновь впал в «киношность». В этом состоянии он как бы понял, что всё правильно сделал, и часть некого «плана» теперь выполнена. Сестре он потом объяснял, что как будто глянул на сценарий снимающегося фильма и с удовольствием отметил, что актёры в сцене всё сыграли точно по сценарию. Потом пришёл в себя, и ему стало очень жутко, да и друг перепугался, увидев рисунок.
По словам сестры, после этого Петя уже не пытался инструкции из снов выполнять (а если и выполнял, то ей не говорил). Что с ним стало потом, неизвестно — сестра говорит, что он со временем перестал жаловаться на сны, нормально окончил школу, получил аттестат, и больше они не виделись.
