Вы конечно смотрели фильмы ужасов про страшные эпидемии, когда заражение происходит прямо на глазах, за считанные секунды. Так вот мне довелось побывать в такой ситуации в реальной жизни. Итак, таёжная деревня Курмач-Байгол, население несколько сотен человек, летом больше, так как на сенокос и в гости приезжают родственники из города, райцентра и ближайших деревень. До ближайшего поселка по прямой 27 км, но это пешком или на лошадях, по дороге (условной дороге, где проедет вездеход, лошадь и не всякая машина) набежит все 35, от районного центра 60 км, на вертолете несколько минут.
Лето, невозможная жара, один туалет и в несчетном количестве мухи. Вечером на потолке летней кухни живой ковер. Мухи лезут в тарелки, в глаза, кусают, не дают спать (детей прикрывают тюлевыми занавесками). Вокруг полно живности, коровы, собаки, кошки, курицы, свиньи. За бочками, где хранится зерно, можно поймать мышь.
Взрослые уходят утром на покос. С детьми остается один, реже двое взрослых. Мы в жаркие дня на реке. Вода такая тёплая, что в ней можно спать, будто закутавшись в одеяло. На горячих камнях остаются мокрые следы, которые мгновенно высыхают. Сплошной дзен: капля с волос упала на камень, растеклась, камень стал влажным, но вот мокрое пятно тает на глазах, вот нет пятна, камень сух, и снова падает капля, и снова растекается по камню влажным темным пятном, и снова высыхает. Можно смотреть до бесконечности. Если, конечно тебе не десять лет, и тебя не влекут прыжки в воду, кидание блинчиков, костер с шишками, ловля гальянов голыми руками на мелководье, и ещё масса неотложных и чрезвычайно важных дел.
На закате возвращаемся домой. И замечаем странное. Взрослые как-то не шутят, не разговаривают громко, а передают друг другу ртутный градусник, тихо ложатся на кровати. Температура основном высокая, выше 38.
Скоро возле туалета на заднем дворе выстраивается очередь. Занявший деревянный «скворечник» выходит бледный и осунувшийся, делает два шага, ойкает и возвращается обратно. Стоящие в очереди не выдерживают, разбегаются по углам огорода, кустам, оврагам, поленницам, бурьянам и берегам. Утром число заболевших увеличивается. Кричат дети, но не все взрослые могут встать на помощь. Вот тётя, ещё час назад она ухаживала за остальными, приносила бульончик больным, градусник, а сейчас она сама лежит с ознобом и держится за живот.
Я забираюсь на крышу и оцениваю обстановку. Я ещё не знаю слово «зомби», из фильмов ужасов я видел только советского «Вийя». В калитку заходит большой толстый человек, с которого градом катятся капли пота, его рубашка мокрая. Это фельдшер Торбоганов. Он рассказывает, что болеет уже вся деревня, объявлен карантин. Я слышу незнакомое, но часто повторяемое слово «дизентерия». Еще мы слышим «болезнь грязных рук». Мы с Алёшей смотрим друг на друга, руки у нас в цыпках, у каждого по вареной картошке. Мы забрасываем картошку в огород, бежим мыть руки.
Руки не отмываются. Интересно, это живот так от страха крутит, или уже началось? Убежать нельзя, некуда бежать. Вот это да! Пришла беда, откуда не ждали! Ожидалась война, потоп, а пришла эпидемия. Мы все умрем, но не так же быстро!
Смотрел «Сказку странствий», тот момент, когда герои попадают в чумной город, и мне сводило живот от воспоминаний. И потом, когда изучал историю «черной смерти» в университете, очень сильно, простите, хотелось в туалет. Какая-то физиологическая память. И такой 4D эффект на фильмах про зомбиапокалипсис.
Это конечно похоже на ангину, на грипп, и температура, и озноб, и головная боль. Но поход в туалет, опять же я приношу извинение особо чувствительным натурам, это впечатления на всю жизнь. Когда внутри уже нет ничего, ну ничегошеньки, и ты уже несколько часов на горшке, а тебе всё равно хочется. И надо пить больше воды. А вода всюду старая тепла, что в баке на кухне, что в бане. А свежей воды из речки или из родника принести некому, потому что все лежат или сидят с теми же проблемами и в том же состоянии. Перебежками, перебежками, с пластмассовыми и железными бидончиками, от кустика к кустику, к роднику, к спасительной живой воде.
А вы говорите: понедельники, каждое утро на работу. Как я выжил в этом счастливом детстве?
Сергей Решетнев ©