Вероника Лейк и метакультурное значение её прически
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки
День добрый, дорогие читатели! С вами вновь историк и писатель Андрей Васильченко. В одной из своих ипостасей я увлекаюсь культурой межвоенного периода, что в итоге вызвало к жизни книгу «Пули, кровь и блондинки. История нуара», которая внезапно стала культурологическим бестселлером. А потому на данном канале мы преимущественно рассуждаем о нуаре, который проще назвать не столько «черным кино» (дословный перевод с французского), сколько мрачным мета-жанром.
Надо сказать, что в отношении классического Голливуда, я строг и постоянен в своих пристрастиях. Моей любимой актрисой была и будет гениальная, прелестная и жутко принципиальная Дина Дурбин. Опять же она играла главную роль в пародийном нуаре 1945 года «Леди в поезде». Но была и другая не менее принципиальная, не менее прекрасная и не менее связанная с нуаром звезда. Вероника Лейк.
Подобно Дине Дурбин, которая ввела в моду причёску «холодная волна», Вероника Лейк также была связана с «выдающейся прической». До этого момента «криминальные блондинки» у широкой публики ассоциировались с Джин Харлоу, которая отличалась «платиновыми гофрами» (это такая короткая женская прическа). Харлоу, хотя и была мега-звездой, но интеллектуальным коварством (мягко говоря) не блистала. Вероника Лейк словно решила отомстить за всех блондинок мира, про которых рассказывали предвзятые анекдоты
Во-первых, она кроме таланта обладала крайне нелегким характером, что обычно как раз является проявлением недюжего интеллекта, а в итоге это испортило данной актрисе карьеру. Во-вторых, она была в буквальном смысле слова звездой нуара. Достаточно вспомнить шикарные нуары 40-ых годов «Стеклянный ключ», «Синий георгин» и «Оружие для найма». Она не была классической femme fatal, но ввела в обиход ампула «плохая хорошистка» («отличница с дурной репутацией»). Свое коварство она выразила (вольно или невольно) в неизменной прическе. Длинные белокурые локоны ниспадали ей на один глаз, что придавало ей не только лукавый, но и весьма игривый вид. Помните бытовой термин «локон-заманиха»?
Чтобы описать внешность мне пришлось выдумать термин – «девушка-колибри». Вероника Лейк была изумительно миниатюрной и утонченной. Возникало ощущение, что она была уменьшенной копией с обыкновенной девушки, при сохранении всех привычных (и весьма привлекательных пропорций). Именно по этой причине у меня немалое изумление вызвало участие Ким Бессинжер в фильме «Тайны Лос-Анжелеса». Наверное, эта мысль понятна далеко не всем, а потому поясню её.
В фильме 1997 года «Тайны Лос-Анжелеса», от которого собственно можно вести отсчет «альфа-нуара» (или нуара 2.0) героиня Ким Бессинжер играет двойника Вероники Лейк. В части прически претензий нет никаких. А вот в части общего сложения более чем много. Ким Бессинжер (извините за вульгарное выражение) «германская кобылица» и мало чем походит на актрису, которую было бы проще назвать китайской фарфоровой куколкой, с тонкими ножками, поразительно тонкими ручками, изящными чертами лица. И при этом с вызывающе тяжелым характером, который в свое время был притчей во языцех. И этот характер вовсе не облегчало прогрессировавшее пристрастие к крепки напиткам. Но какой же нуар без алкоголя? Как говорится, если долго вглядываться в нуар, то рано или поздно нуар взглянет в тебя
Сайт о нуаре http://noir-film.ru/
А еще именно благодаря Веронике Лейк многие девушки из нуара стали носить именно это имя (вспоминаем сериал «Вероника Марс», фильм «Смертельное веление» и многое другое)
На этом мы завершает наш сегодняшний рассказ. Но завтра мы обязательно продолжим наше турне по темным закоулками нуара. А потому не забывайте читать наш канал. Искренне Ваш Андрей Васильченко