Дома у родителей я нашла книжку Этим утром я решила перестать есть, и немного ее перечитываю. Это книга про девочку, которая решила похудеть и похудела очень сильно. Из-за этого у нее были очень большие трудности в жизни и в семье. Может быть, кто-то знает эту книжку. Там, на мой взгляд, весьма точно переданы переданы переживания анорексички, связанные с едой, весом, людьми, отношением к себе, попытками близких людей вмешаться и “вылечить”. Это очень близкая мне тема.
Книжку купила сестра несколько лет назад, когда со мной это было в первый раз. Я не знаю, почему она ее купила - я не думаю, что чтобы лучше понять меня, потому что она могла всегда спросить, но она этого никогда не делала. Возможно, чтобы что-то мне “показать” – “вот смотри, какая грустная история, прочитай, если ты не будешь есть “нормально”, вот что с тобой будет”. Но я не знаю, это предположение.
Про то, как я очень сильно похудела в первый раз, я уже писала. Если кратко, то сначала я выглядела вот так:
это фотография фотографии меня в 18 лет. У меня, кстати, почти нет фотографий меня, вообще никаких. Как считают мои родители, так я и должна выглядеть, и до сих пор иногда говорят о том, что мне надо “вернуться”. Никуда я не буду “возвращаться”.
Из-за очень большого количества активности и очень маленького количества еды я за несколько месяцев неспециально (эжто у меня просто образ жизни был такой) похудела очень сильно. И мне это понравилось! Дело в том, что я всегда была недовольна своей внешностью, хотя и нечасто об этом говорила. И вот так получилось, что я стала смотреть в зеркало, и мне нравилось. Поэтому я стала продолжать худеть иуже специально. И тогда у меня уже появились всякие навязчивые состояния и мысли про еду. Потом еще летом я стала бегать. Недалеко от дома есть школа с большим таким кругом, и вот каждое утр я вставала в 4 утра и бегала там. 10 больших кругов, 11, 12 и так далее. Я делала какие-то упражнения и пыталась заниматься йогой в течение дня. Тогда у меня даже “кубики” были. И ела я почти только одни яблоки.
Потом начался следующий учебный год в университете. Когда он подходил к концу, в мае, я приехала домой к родителям. И вот тогда было ужасно. Мы постоянно ссорились из-за моей еды и внешнего вида. А они прекрасно умеют вдвоем доводить меня до истерики, поэтому состояние у меня было просто ужасное. Один раз, после очередной такой ссоры с криками и слезами я ушла из дома и пошла в книжный магазин. Я купила книжку про депрессию, и в ней находила очень хорошие описание того, что у меня внутри творилось. Мне хотелось кому-то ее показать, чтобы меня поняли, но родителей эта книжка почему-то вывела из себя. Они забрали ее у меня и на следующий день я оказалась в психдиспансере.
Тут пока немного пропущу, потому что это будет отдельная история с картинками.
После психдиспансера я поправилась на пару килограмм и снова уехала в другой город в свой университет. Но что-то там у меня сломалось. Я постоянно впадала в панику, всего боялась и была абсолютно выбита из колеи. От антидепрессантов, которые я должна была пить, мне хотелось спать и я с трудом могла думать. Я потеряла интерес ко всему. Мне было плохо, одиноко, страшно. Я была уверена, что не смогу сдать экзамены в конце года. Я много пропустила уже, и мозг с трудом просто работал. Я написала заявление на академ и уехала к родителям.
Там началась еда. Я, кажется, сдалась. Я очень много ела, а родители покупали и говорили мне есть. Я ела бананы и печенье и сыр и ненавидела себя. Я лежала на диване и плакала. Я никуда не ходила. Моя сестра со мной почему-то не особенно общалась. Меня все кормили, но никто не пытался по-настоящему помочь. Хотя я не знаю, что было нужно. Это было ужасно. Я ненавидела себя все время и постоянно ела. И ничего не хотелось. Вообще ничего. Я тогда совершенно перестала рисовать. Я читала и играла в симс. И ела. И ненавидела себя.
Потом мне стало невыносимо. И я устроилась на работу в суши-ресторан. Сначала это помогло чуть чуть. Но вечером после работы я ела и ненавидела себя. Однажды мама купила целую большую коробку пахлавы, я ее никогда не ела ни до, ни после, это такая очень сладкая восточная выпечка с орехами, и вечером после работы я съела ее всю или почти всю, а мама сидела напротив меня и радовалась. Но из-за таблеток по вечерам работать было очень трудно, потому что от них очень рано хотелось спать.
А еще там в какой-то момент стало очень мало клиентов, и весь день нужно было просто стоять, никого вообще не было. И тогда мои мысли меня просто сжирали. Мысли о том, что моя жизнь кончена, что я не смогу доучиться в университете, что я потеряна, что я урод, что я навсегда одна, что я ненавижу себя, что я слабая, если сдалась и ем эту еду и не могу остановиться. И я уволилась. И все продолжилось, как было до этой работы. Я попробовала ходить на фитнес, чтобы похудеть снова, но после фитнеса я снова ела печенье и сыр, поэтому никак мне это не помогло, и я бросила.
Потом я устроилась на другую работу. Был уже почти сентябрь. Я ненавидела себя и считала себя ни на что не способной и не годной уродиной, поэтому устроилась на работу в детский сад помощником воспитателя. Про это место я напишу как-нибудь отдельно. Я
Я перестала так много есть, отказалась от печенья, но зато стала очень много пить сок. За один день я выпивала две трехлитровые коробки. 6 литров сока. И снова ела яблоки.
Я работала там всю осень. Тогда же я начала ходить к дядьке-психотерапевту. Как-то постепенно я снова стала рисовать. Академ заканчивался зимой и во втором семестре я должна была вернуться в университет, и мне стало страшно, что я стала тупой, что я все забыла. Я записалась на курсы немецкого и стала снова читать на немецком дома и зубрить немецкую грамматику. И читала на английском. Курсы немецкого были вечером, поэтому я перестала пить таблетки. Иначе я бы не смогла там заниматься. Зимой я решила похудеть. Я записалась на другой фитнес. И перестала пить сок. Я снова стала есть только яблоки.
Перед началом второго семестра я уже почти нравилась себе. Он начинался, и я уехала. Борьба с едой продолжалась, и весной я уже снова была размера икс-икс-эс, как до этого.
Это был ужасный период.
Я зря, наверное, вспоминаю эти времена, но сейчас я дома у родителей, где очень много кусков этих времен и этих историй из прошлого, поэтому я не могу не вспоминать.
Читая эту книжку и вспоминая это все, мне захотелось узнать свой вес (я раньше писала, что не взвешиваюсь, и что у меня нет весов, но у мамы они есть).
все в порядке.