Алёшка проснулся, когда солнечный луч коснулся его век. Открыл глаза и снова закрыл. Он вспоминал сон. Что-то хорошее ему снилось… Он не вспомнил…
Отец уже ушёл на работу. На столе полулитровая банка козьего молока, ещё теплого. Рано утром его заносит соседка бабушка Саша.
Алёшка вскочил, залпом выпил молоко и съел кусок чёрного хлеба.
Сегодня он собирается на рыбалку. Всё приготовил с вечера: удочку, запасную леску и крючки, накопал червей – они в консервной банке под крыльцом. С Витькой Манаковым он вчера поссорился, поэтому пойдёт один.
До речки Ёды три километра. И Алёшка весело топал по укатанной машинами грунтовой дороге, по тропке, заросшей подорожником, вдоль голубого льняного поля. И небо над полем голубое, лишь одно белое облако лениво плывёт, меняя форму – то на слона оно похоже, то на медвежонка. Звенят в траве неустанные кузнечики…
Радостно на сердце у Алёшки. Потому что хороший день, потому что он очень любит рыбалку, потому что завтра из города приедет мама… Да мало ли ещё почему…
Ближайший путь к заветному бочагу через кладбище. Рассказывают, что когда-то здесь было большое село Зыкино, с церковью, со школой… Теперь осталось лишь кладбище да название.
Три дня назад тут хоронили старика Антона из их деревни, которому, говорят, было сто лет. Антон этот очень был похож на волхва, нарисованного в книжке "Песнь о Вещем Олеге", с такой же седой бородой и с посохом. Алёшка побаивался его.
На кладбище большие старые деревья, старые кресты и пирамидки с красными звёздочками. Над могилой Антона крест новый, почти белый.
Солнцем залито всё: деревья, трава, могилы. Всё яркое, цветное, звонкое. Ветер шумит в листве, птицы поют. У ограды – крупная красная земляника. Алёшка набрал целую горсть тёплых ягод и высыпал в рот.
За кладбищем сбегает к реке цветочная луговина, прямо в мягкую зелень прибрежного ивняка и ольшаника. Ноги Алёшки сами припустили по набитой стёжке, вынесли к лаве – перекинутому через речку бревну. Не так-то просто перейти по лаве, держа в одной руке удочку, а в другой банку с червями, и Алёшка идёт короткими шажками, затаив дыхание… Вот и берег. Теперь пробиться через заросли крапивы, пройти по мокрому песку у самой воды, перелезть через павшее дерево, и вот он – тёмный, окружённый со всех сторон старыми елями, бочаг со стоячей водой. Алешкино место. Здесь водятся голавли.
Тихо. Только журчит вода на перекате внизу по течению. Бесшумно чертят воду длинноногие водомерки, бесшумно всплывают и вновь погружаются вглубь толстые чёрные жуки. Пахнет тиной и прелью.
Алёшка разматывает леску, достаёт из банки червя, для первого раза – самого большого, цепляет его на крючок, ещё плюёт на него, "чтоб жирнее был" и закидывает поближе к коряге у противоположного берега.
Поплавок – проткнутая спичкой пробка – точкой застыл на чёрной воде. И застыло удилище в напряжённых Алёшкиных руках. И ни звука, ни шороха.
Дёрнулся поплавок, побежали круги по воде, и снова застыл. Алёшка хотел уже вытаскивать леску, проверить червя, но поплавок мелко задрожал и, наконец, полностью ушёл под воду. Алёшка подсёк. Искрящаяся дуга сверкнула в воздухе, и рыба упала к его ногам. Он прижал её рукой. Рыба была большая, горбатая, серебристая. Через минуту чешуя стала серой, и рыба перестала биться в руках Алёшки, уснула…
… Алёшка поймал уже много голавлей. Он развёл костерок. Сидел, глядел на огонь, подбрасывал сушняк, жевал кусок хлеба, отмахивался веткой от комаров.
Напился он на перекате. Вода была холодная, обжигала губы…
Вечерело. Поплавок стало почти не видно, и Алёшка засобирался домой.
Сложил рыбу в пакет, смотал удочку, перебрался по лаве на другой берег. По крутой тропке поднялся к кладбищу.
Здесь уже было темно от деревьев. Но Алёшка смело шёл между могилами и крестами…
… Алёшка вздрогнул и даже присел. Впереди, раскинув руки, стояла белая фигура и в одной руке у неё палка.
Алёшка зажмурился и припустил по тропе к полю.
Оглянулся и понял, что напугал его новый крест на могиле старика Антона. А за палку он принял ствол молодой рябины, посаженной у могилы.
И снова стало весело и легко. Алёшка шёл мимо льняного поля и улыбался. Сегодня у него отличный улов – вот Витька-то позавидует! Надо зайти к нему, помириться. И отец похвалит его. А завтра приедет мама и, может быть, они, мама и папа, наконец-то, помирятся…
И опять Алешка вздрогнул. Из-за куста, навстречу ему вышел человек в светлой рубашке. Но тут же он узнал отца.
- Ну, Алёшка, зарыбачился!
- Папа, посмотри, сколько я голавлей поймал! – закричал Алёшка и бросился к отцу.
Вместе они пошли домой.
Алёшка вспомнил, что снилось ему прошлой ночью: он идёт с отцом по дороге, папа держит его за руку, говорит что-то, а мама ждёт их на крыльце дома.