Она была красива той красотой, которую принято называть "на любителя"
И в самом деле - что хорошего в ногах 41 размера? Но при росте 182 какие еще должны быть ноги? Не 36-го же? У нее не было фигуры - все было, как бы это сказать - плосковато... Однако если навесить на этот рост выдающиеся округлости спереди и сзади - то будет просто "гром-баба", а Инка была утонченной барышней с длинными тонким пальцами, в которых она изящнейшим образом держала сигарету, и с лицом дамы из 20 годов прошлого века - огромные глаза, тонкий длинный нос, чувственный рот и вечное "каре на ножке" из прямых тонких (опять же это не портило общего впечатления) выкрашенных в темно-рыжий цвет, волос...
Стремительная, быстрая и громкая, оправдывая свое имя, которое переводится как "бурный поток"- она была "звездой" тусовки. С её появлением в любом коллективе образовывалась кучка почитателей, которых за глаза она именовала "мурзиками", а в глаза - благосклонно позволяла себя обожать, не запоминая ни имен ни званий...
Такой легкий веселый нрав возможно вырастить только из счастливого детства - а оно и было таковым. Маленький городок в Луганской области, обеспеченная по советским меркам семья, симбиоз денег и связей: папа - главный инженер шахты, мама - работник управления торговли. Трое детей и все - "высокие, красивые" с легким нравом и полной, как показала жизнь, неприспособленностью к ее реалиям...
И все было легко и весело - и американский жених старшей сестры, ставший мужем и увезший в свой штат Вашингтон красивую русскую жену, и богатый "новый русский", как тогда говорили, у самой Инки... Правда его подстрелили в 95-м, но квартира осталась ей, да еще вечно сдаваемая комната в коммуналке, поэтому, поплакав немного, она продолжила веселиться, меняя иногда за ночь по три кабака и со смехом воспринимая очередное съеденное молью пальто... Деньги у нее не держались совсем еще по причине постоянных встреч "за рюмкой чая" с подругами, коих было великое множество, как она считала, и любимой песней ее была " Я прошу, поговорите со мной, друзья, Я прошу, поговорите со мной, друзья, Старая в альбоме есть фотография, Мы на ней, словно мафия, или просто семья... "
Съездив к сестре в гости, она засобиралась на ПМЖ в Штаты, продала все и улетела - так же легко, как птичка, попрощавшись со всеми многочисленными подругами загулом на несколько дней...
И только через много лет я узнала, что она осела в Питере, не доехав до Штатов. Сестра попала в какую-то секту, развелась с Джеком и вернулась в Россию. Купив какую-то развалюху в деревне средней полосы, стала ходить в ряднине, проповедовать аскетизм и привечать у себя всяких бомжей... В конечном итоге объеденные зверями останки ее нашли по весне в пролеске за деревней...
В Питере тоже жизнь била ключом, наезжали подруги и все те же тусы по ресторанам, куда пускали с маленькими собачками - да она, ярая кошатница, обзавелась двумя собачушками...
А потом - операция на сердце, а через время - несколько инсультов... А ведь ей всего 56... И подруги куда-то подевались, не приезжают уже из других городов... Ну понятно - у них семьи-дети-внуки... Кругом вьются одни мошенники, пытаясь не так так эдак оттяпать квартиру...
А она - она до си пор красива! Не со "следами былой красоты", а именно красива еще! И я смотрю на нее, пытаясь уловить в потоке торопливого ее говора то, что она хочет сказать (инсульты повлияли на речь), выхватывая отдельные слова и повторяю их, кивая - мол, я все понимаю... И такая тоска!!! И нечем помочь... Я ведь тоже живу в другом городе... И я вдеь даже не подруга - так, когда-то вместе работали, в одном кабинете...
"... Я прошу, поговорите со мной, друзья,
Я прошу, поговорите со мной, друзья..."