Жила-была барыня, глупая-преглупая. Что ни забьет себе в голову — умри, а исполни.
Вот задумала барыня вывести сорок цыплят, и чтобы все были черненькие.
Горничная говорит:
— Да разве это, барыня, возможно?
- Хоть и невозможно, а хочется, - отвечает барыня.
Зовет она своего кучера и приказывает:
- Садись в лукошко, выводи сорок цыплят, да чтобы были они все черненькие.
- Помилуй, барыня! - говорит кучер. - Где же это видано - человека наседкой сажать?
Барыня и слушать не хочет.
- Тебе, - говорит, - привычно на козлах сидеть, посидишь и в лукошке.
«Вот проклятые господа! - думает кучер. - Всю шею нам объели, хоть бы все околели!»
- Что ж, - говорит, - воля ваша. Только дай мне, барыня, то, что я попрошу. А нужно мне чаю, сахару, харчей побольше, тулуп, валенки и шапку.
Барыня на все согласна.
Отвели кучера в баню. Дали ему все, что просил. Посадил он наседкой курицу. Стали к нему друзья ходить, он их - чаем поить. Сидит с ними, чаек попивает, барыню дурой обзывает.
Ни мало ни много времени прошло, вывела наседка цыплят, из них три черненьких.
Берет кучер черненьких пискунов в лукошко, идет к барскому окошку:
- Вот, барыня, трех уже высидел. Получай да харчей прибавляй. Сама видишь: тяжело мне их высиживать.
Барыня обрадовалась, харчей прибавила, кучера досиживать заставила.
Каждый день слуг шлет узнать, сколько еще черненьких наклюнулось.
Видит кучер: дело плохо. Говорит своим друзьям:
- Вы, ребята, зажигайте баню да меня держите. Буду я рваться, в огонь кидаться, а вы не пускайте.
Ладно, так и сделали. Баню подожгли. И барыне доложили. Загорелась, мол, баня по неизвестной причине.
Вышла барыня на крыльцо и видит: горит баня, пылает, а кучер убивается, в огонь кидается. Слуги его держат, не пускают, а он одно:
- Клу-клу!.. Клу-клу!.. Клу-клу!..
Слуги говорят:
- Ой, барыня, смотри, как он сокрушается, как его материнское сердце разрывается!
А барыня кричит:
- Держите его, покрепче держите! Цыплят теперь не спасешь, так его бы удержать - очень хороша наседка!
Не успели пожар потушить, приказывает барыня кучеру опять цыплят выводить.
А он, не будь глуп, взял валенки да тулуп - только его и видели.