Выдвиженка из самого что ни на есть глубиннаго народа, гражданка Мерзулишна, предложила, значит, считать запреты городского главы за свободу. Так и говорит - право есть самая большая несвобода, а чем больше прав - тем несвободнее глуповцы живут. Стало быть, чтобы глуповцам помочь, надо прав им поменьше дать, иначе замучаются они от такого, жить им будет невмоготу.
От такой заботы глуповцы совсем запутались. Кто грамоту разумел да книжки читал, вспомнили сразу аглечанина Орвела, будто бы у него такое уже было в пасквиле каком-то. Недаром несколько лет назад глуповскую библиотеку от подобной ереси очистили, дабы не начитались глуповцы всякого и не захотели себе иной жизни.
И вот такой свободы у глуповцев теперь с каждым разом всё больше и ширина её всё глубже. И уже стенают глуповцы, говорят - хватит нам вашей свободы! От свободы вашей все беды, некоторым уже и на еду и на жизнь не хватает, дети босы в школу ходят. Не надо нам свободы столько, не сдюжим мы больше! Верните нам как раньше