В средние века между дворянскими домами было принято заключать династические браки. Найти выгодную пару для своего отпрыска – это значит укрепить свою власть, прирастить свои владения, найти нового союзника или избежать войны. Примерно такими же мотивами руководствовались и новые партийные вельможи, когда их дети выбирали себе пару. С другой стороны, дети высших чиновников жили изолированно, учились вместе, что не могло не способствовать появлению симпатий.
Итак, перед вами ТОП-3 династических брака в Политбюро.
Дочь Сталина – сын Жданова
Самая именитый альянс сталинской эпохи - это брак дочери вождя Светланы и Юрия, сына секретаря ЦК ВКП (б) Андрея Жданова. К моменту свадьбы высокопоставленного тестя уже не было в живых, но сам Юрий занимал высокий пост начальника отдела в Центральном Комитете партии, курируя высшие учебные заведения. Для Светланы это был второй брак, заключенный не без нажима со стороны самого Сталина. В 1949-1950 гг многие соратники Жданова-старшего подверглись репрессиям, но молодые прожили вместе до 1952 года, семья распалась после рождения дочери и трехлетнего совместного проживания. После смерти отца дочь сменила фамилию, судьба Светланы Аллилуевой хорошо известна. А Юрию Жданову пришлось спешно покидать Москву и менять работу в ЦК на научную стезю. Но, жизнь Юрия Андреевича сложилась счастливо, вдали от политических интриг он стал ректором университета и умер в глубокой старости.
Сын Микояна – дочь Алексея Кузнецова.
Среди династических браков высших руководителей СССР свадьба Серго Микояна, сына члена Политбюро, соратника Сталина с двадцатых годов Анастаса Микояна, и красавицы Аллы Кузнецовой, дочери секретаря ЦК ВКП(б) Алексея Кузнецова сулил значительную политическую выгоду. Кузнецов курировал со своей партийной высоты всемогущие силовые органы СССР, суд, прокуратуру, вел кадровые вопросы, Микоян-старший традиционно занимался торговлей, вопросами потребительского рынка, снабжения. Однако, пока молодые и их родители готовились к свадьбе, группа Маленкова-Берия начала раскручивать так называемое «Ленинградское дело», жертвой которого стал Алексей Кузнецов. Именно в день свадьбы его сняли со всех постов, что предвещало неминуемый арест. К чести Анастаса Микояна свадьбу не отменили, сам Микоян настоял на том, чтобы обреченный Кузнецов приехал на свадьбу дочери. После ареста и расстрела бывшего секретаря ЦК сын Кузнецова также воспитывался в семье Микоянов. Такое поведение могло дорого стоить. Микоян попал в опалу и только кончина Сталина спасла Анастаса Ивановича от репрессий. У Серго и Аллы родились трое детей, но брак закончился трагедией: в 28 лет от рака умирает Алла. Серго Микоян на 53 года пережил супругу, стал известным историком, исследователем советского периода.
Дочь Фурцевой – сын Фрола Козлова.
Традиции заключать браки между детьми продолжалась и в хрущевскую эпоху. Самыми могущественными лицами в партии помимо самого Никиты Сергеевича считались Фрол Козлов и Екатерина Фурцева. Они занимали должности секретарей ЦК КПСС, входили в качестве полноправных членов в его Президиум. Козлов почти официально считался преемником Хрущева, на большинстве официальных фотографий он стоял рядом со своим патроном.
Близкое знакомство Светланы и Олега состоялось по инициативе будущей свекрови. Именно она подарила билеты в театр, где спутником девушки стал красавец ( в отца) Козлов-младший. После театра молодые люди отправились в ресторан «Пекин» и, через месяц, подали заявлении в загс. Свадьбы состоялась на даче Фрола Козлова, тамадой выступал зажигательный Леонид Брежнев, присутствовал Хрущев.
Однако, после брака оказалось, что молодых многое разделяет. После рождения дочери Марины Светлана начала встречаться с женатым мужчиной, который стал не только ее вторым мужем, но и главной любовью ее жизни. Екатерина Фурцева противилась разводу с Олегом Козловым, но Светлана поступила по-своему.
Одновременно угасали политические звезды родителей: после размолвки с Хрущевым у цветущего Козлова случился инсульт, к работе он уже не вернулся, а Екатерина Фурцева была передвинута на политически ничтожный пост министра культуры, предприняла первую попытку самоубийства. Но это уже другая история.