Зимой 1972 года приехала делегация советских спортсменов к нам на строительство Камского автомобильного завода. Почти все олимпийские чемпионы только что закончившейся Мюнхенской олимпиады. Привезли их на строительную площадку литейного завода, где я работал в то время монтажником. Вокруг вьются десятки фотографов, ловят удачные кадры на фоне внушительных стальных конструкций. Я увидел Валерия Борзова, победившего на той Олимпиаде в беге на 100 и 200 метров американских спринтеров, и, поскольку спортом занимался всегда и везде, спрашиваю его о том, были ли у нас шансы в эстафете 4 по 100 метров. Валерий обстоятельно и интеллигентно (будущий министр спорта как-никак) объясняет мне сложившуюся тогда ситуацию с составом. А фотографы просекли это дело и, естественно, не смогли упустить тот шанс, когда молодой строитель в каске и монтажных цепях разговаривает на равных с олимпийским чемпионом. Фотографировали нас фотографировали, а потом у кого-то из корреспондентов возникла иезуитская идея снять меня и с Людмилой Турищевой, многократной чемпионкой мира и Олимпийских игр по спортивной гимнастике. "Иезуитская" она была потому, что я в кадре должен был одевать ей монтажную гайку на палец. Типа, обручение представительницы советских спортсменов со строителем КамАЗа. "Народ и партия едины!", и прочая мутотень. Мне было наплевать, - ну снимаете вы и снимайте. Турищева вроде тоже сначала терпеливо сносила издевательства, но после двух-трёх секунд съёмок уже отказалась участвовать в этом фарсе.
А снимок свой я так нигде и не увидел потом. Может где и промелькнул в газетах, но кто их тогда читал, кроме "Советского спорта"...
На снимке: моя несостоявшаяся невеста...