Скандал, разразившийся после очередной партии обвинений ряда таджикских ученых в плагиате со стороны вольного сетевого сообщества «Диссернет», в очередной раз привлек внимание широких масс к состоянию науки в Таджикистане.
И неспроста. Все чаще и чаще в последние годы общество, эксперты и чиновники разного уровня критикуют таджикскую науку.
Всё больше и больше публикаций о ее неэффективности, потраченных впустую средствах на Академию наук РТ и другие научно-исследовательские организации страны. Звучат даже призывы ликвидировать Академию наук как пережиток прошлого. При этом приводятся различные доводы, начиная с отсутствия Академии Наук в некоторых странах и заканчивая радикальными высказываниями о том, что наука Таджикистану не нужна и выделяемые на нее «огромные средства» можно потратить на другие, более нужные для страны и народа – цели.
Какова же на самом деле ситуация?
Наука в Таджикистане – баловень судьбы и прожигатель несметных средств, выделяемых на нее?
Или падчерица, которой достаются крохи, но с которой требуют сиюминутных, выдающихся результатов, приносящих невиданные дивиденды и прибыли?
Попробуем разобраться в происходящем, опираясь на, увы, немногочисленные источники, такие, как например, аналитический сборник, выпущенный в 2017 году под общей редакцией Дж.Джумъахонзода со звучным названием «Научно-технический потенциал Республики Таджикистан в 2016 году».
Конечно, сразу оговоримся. Читатель может возразить: с 2016 года все кардинальным образом изменилось, и финансирование науки в Таджикистане «растет как на дрожжах».
Конечно, это маловероятно, однако, уверены, что все население страны будет радо, если это действительно так.
Финансирование науки в Таджикистане
Ну а пока, согласно Приложению 2 к статье 7 Закона Республики Таджикистан «О Государственном бюджете Республики Таджикистан на 2018 год» от 16 ноября 2017 года, №1469 (определившим расходы республиканского бюджета в секторе образования на 2018 год по программной классификации) по направлению «FIT001-Научно-иследовательская деятельность» предусмотрено государственное финансирование в размере 9,204 млн.сомони (чуть больше 1 млн.долларов США).
Эта цифра не внушает оптимизм и веру в происходящие кардинальные улучшения в вопросах финансирования науки в Таджикистане. Даже не смотря на то, что, несомненно, для финансирования науки будут выделены дополнительные средства в виде грантов и финансирования ведомственных научно-исследовательских организаций.
Для того, чтобы лучше понять состояние науки в Таджикистане, в былые времена славившейся своими выдающимися учеными, эпохальными открытиями и изобретениями не только в Советском Союзе, но и далеко за его пределами, начнем с самого банального – с финансирования научных изысканий в Республике Таджикистан.
Конечно, учитывая состояние экономики и общую финансово-экономическую ситуацию в стране и в мире, не будем сравнивать уровень финансирования науки в передовых странах мира, таких как США, Великобритания, Израиль, Китай и им подобных, с Таджикистаном.
Сравним со странами, которые ближе Таджикистану и исторически и географически. Так, например, государственное финансирование научных исследований в Таджикистане составляет менее 0,1% от ВВП страны, что в 12 раз меньше, чем в России.
Читатель может возразить: ну с богатой Россией небольшой экономике Таджикистана трудно тягаться!
Согласимся. Сравним с Монголией, которая воспринимается многими как страна, где есть только пустыни, лошади и малочисленные юрты кочевников. Увы, и в этом случае сравнение не в пользу Таджикистана: государственное финансирование науки в Монголии более, чем в 4 раза выше, чем в Таджикистане.
Да… увы… финансирование маленькое… Но, зато в Таджикистане много научных сотрудников, - может возразить читатель. – Академия наук РТ, ведомственные научно-исследовательские организации, НИИ, научная работа в ВУЗах, - нам есть чем похвастаться.
Как говорится, увы и ах…
Показатель численности научных сотрудников, который, как некоторым кажется, в Таджикистане крайне высок, на самом деле в сравнении с соседним Узбекистаном меньше почти в 3 раза (для точности – в 2,7).
По сравнению с Россией (меньше в 5 раз) или Финляндией (меньше в 12 раз) – ситуация еще более катастрофичная.
Сомневающегося читателя, который думает, что финансирование науки в Таджикистане находится на приемлемом уровне, и еще верит, что страна может добиться таких же успехов в инновационной экономике, каких добились «азиатские тигры», придется огорчить.
В расчете на 1 душу населения финансирование науки в Таджикистане составляет 1,5 доллара США. Для сравнения: в РФ – 180 долларов, а в Сингапуре - 1 350.
Несложные подсчеты позволяют увидеть 900-кратный разрыв в финансировании науки между Таджикистаном и Сингапуром, который многие чиновники и эксперты любят приводить в пример.
Современное состояние науки в Таджикистане
Как и в прошлые годы, основным источником финансирования научно-исследовательских работ являются средства государственного бюджета - 99%. Собственные средства в общем объеме финансирования - менее 1% (0,82%), средства из иностранных источников - 0,08%.
Согласно отчетам, в Республике Таджикистан функционируют 87 научно-исследовательских организаций, общее количество сотрудников которых почти 18 тысяч человек (17 868), из которых научные сотрудники составляют 55,6% или 10 304 человек. Из этого числа 794 доктора наук (5%), 2975 кандидатов наук (14%).
Кроме того, 3 769 научных сотрудников со степенями (в различных отраслях науки) работают в различных сферах экономики страны. Наибольшая их концентрация - 78% или 2 942 - в ВУЗах Таджикистана. Среди них 557 докторов наук и 2 385 кандидатов.
На первый взгляд, ситуация вроде бы неплохая. Особенно, учитывая, что среди научных работников немало женщин: 120 докторов наук и 817 кандидатов.
Негативные тенденции в таджикской науке
Одна из главных – «старение» научных кадров на фоне общемировой тенденции омолаживания кадрового потенциала науки.
Справедливости ради, необходимо отметить, что «старение научных кадров» – это болезнь практически всего постсоветского пространства, связанная с дефицитом финансирования науки и низкими, неконкурентоспособными на рынке труда зарплатами научных работников. Сопровождается эта негативная тенденция возрастным разрывом, нарушающем преемственность между поколениями ученых.
Статистические данные неумолимы: в научно-исследовательских организациях работают 8 докторов наук (1% от общего числа) и 485 кандидатов наук (16,3%) в возрасте до 35 лет (молодые ученые).
На этом фоне, начиная с 2013 года, отмечается четко выраженная тенденция увеличения количества кандидатов наук в возрасте от 35 до 59 лет, достигшего отметки в 59,1% от общего числа или 1 759 человек. Параллельно растет и количество докторов наук, старше 60 лет, достигшее в 2016 году 57,6% от общего числа или 458 человек.
Усугубляются эти тенденции еще одним фактором – отсутствием стабильного роста общего числа научных сотрудников с учеными степенями, несмотря на то, что в научно-исследовательских организациях согласно стат. отчетов насчитывался в 2016 году в общей сложности 1 571 аспирант.
А ведь именно сохранение и воспроизводство кадрового потенциала науки – являются одной из главных задач государственной политики в сфере науки и образования.
Не секрет, что подготовка научных кадров и результаты научных исследований зависят во многом не только от зарплат сотрудников и кадрового потенциала, но и от состояния материально-технической базы научных организаций.
Приходится признать, что и аппаратура для проведения научных исследований, и материально-техническая база подавляющего большинства научно-исследовательских организаций в Таджикистане устарели. Причем, как морально, так и физически. А некоторое оборудование – просто является анахронизмом и абсолютно не отвечает современным требованиям.
Насколько критично положение дел? Конечно же, в каждом конкретном случае, в этом лучше разбираются соответствующие специалисты.
Материально-техническая база и финансирование научных исследований
Попробуем оценить состояние дел по двум показателям: «среднегодовой стоимости основных средств» и «среднегодовой стоимости машин и оборудования» некоторых научно-исследовательских организаций Таджикистана, являющихся гордостью и «визитной карточкой» страны.
Лидером в рейтинге по обоим показателям является Институт геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии (ИГСС и С), «среднегодовая стоимость основных средств» которого составляет почти 7 миллионов сомони (6.782.262TJS), из которых «среднегодовая стоимость машин и оборудования» составляет 6 538 868 сомони.
Много это? Или мало?
Для наглядности, сравним эти цифры с аналогичными показателями ведущих ВУЗов Таджикистана, которые также не могут выступать эталоном обеспеченности оборудованием и материально-технической базой.
Так, «среднегодовая стоимость основных средств» финансово-экономического института Таджикистана почти 54 миллиона сомони (53.749.639TJS), что более, чем в 7 раз выше, чем у Института геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии. «Среднегодовая стоимость машин и оборудования» финансово-экономического института Таджикистана чуть более 6 миллионов сомони (6.278.111TJS), что практически соответствует стоимости оборудования для исследований Института геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии.
Может быть, финансово-экономический институт Таджикистана исключение из правил? И научно-исследовательские организации страны лучше оснащены в материально-техническом плане?
Возьмем для сравнения другой известный в стране ВУЗ - Таджикский государственный институт коммерции (ТГУК). «Среднегодовая стоимость основных средств» почти 29 миллионов сомони (28.827.039TJS), что более, чем в 4 раза больше, чем у и Института геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии.
Конечно, «среднегодовая стоимость машин и оборудования» ТГУК немного уступает, - всего лишь 4,6 миллиона сомони (4.604.512TJS).
Ну, так и аппаратуры для научных исследований институту коммерции нужно несравненно меньше, чем стратегически важному для Таджикистана Институту геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии.
Какова ситуация в других научно-исследовательских организациях, от исследований которых зависит не только престиж, но и во многом безопасность страны?
«Среднегодовая стоимость основных средств» и «среднегодовая стоимость машин и оборудования» Физико-Технического Института им. С.У.Умарова составляют 4,3 миллиона сомони (4.286.248TJS) и 2,8 миллиона сомони (2.821.122TJS) соответственно.
Еще плачевнее ситуация в Агентстве по ядерной и радиационной безопасности (АЯРБ), созданном 21 января 2003 года на базе Агентства по атомной энергии при АН РТ. Агентство, занятое, в числе прочих, подготовкой специалистов по радиационной безопасности и исследованиями и наукой в области атомно-водородной энергетики, может похвастаться весьма скромными показателями материально-технической обеспеченности: 4,6 миллиона сомони (4.635.093TJS) и 2,1 миллиона сомони (2.084.675TJS) – соответственно.
Ни на минуту не сомневаясь в важности и необходимости для страны подготовки кадров в области финансов и коммерции, тем не менее, хочется заострить внимание на необходимости акцентирования финансовых средств на приоритетных для Таджикистана направлениях развития научных исследований, таких как геология, сейсмостойкое строительство, сейсмология, энергетика и т.п.
Приоритизация при распределении ограниченного бюджетного финансирования
Рассуждая о необходимости приоритизации в вопросах финансирования науки в Таджикистане в условиях ограниченности бюджетных средств, хочется обратить внимание читателей на одну особенность. Связана она с распределением скудных бюджетных средств в размере 18,5 миллионов сомони (18.537.407TJS) или чуть более 2 миллионов долларов США, выделенных для финансирования науки в системе АН РТ.
Так, финансирование Института языка, литературы, востоковедения и письменного наследия им. А.Рудаки в 2016 году составило 2,6 миллиона сомони (2.600.545TJS), Института экономики и демографии – 2,2 миллиона сомони (2.212.429TJS), а Агентства по ядерной и радиационной безопасности (АЯРБ) – всего 657 тысяч сомони (657.127TJS) или приблизительно 73 тысячи долларов США.
Возникает несколько закономерных вопросов: о каких прорывных технологиях и открытиях таджикских ученых в области атомно-водородной энергетики можно говорить при таком финансировании? Исследования в каких областях (по мнению тех, кто отвечает за распределение объемов финансирования в системе АН РТ) нужнее и важнее для страны?
Чтобы еще глубже «погрузиться в суть вопроса» финансирования науки, предлагаем взглянуть и на структуру расходов скудных бюджетных средств, выделяемых научно-исследовательским организациям.
Так, одними из ключевых в расходах являются затраты на оборудование.
Согласно данным, в 2016 году затраты на оборудование в Институте геологии, сейсмостойкого строительства и сейсмологии составили 464 тысячи сомони (464.043TJS) или чуть больше 51 тысячи долларов США, в Агентстве по ядерной и радиационной безопасности (АЯРБ) – 12,6 тысячи сомони (12.673TJS), что даже не дотягивает до отметки в 1,5 тысячи долларов США.
Для наглядности, затраты на оборудование в финансово-экономическом институте Таджикистана составили 700 тысяч сомони. Конечно же, в этом случае, данный пример – приятное исключение из правил. И затраты на оборудования в этом ВУЗе на порядок выше, чем в других ВУЗах страны. Но и примеры других учебных заведений, например, ТИФК им. С. Рахимова (Таджикский институт физической культуры), который затратил на оборудование 61 тысячу сомони, наглядно демонстрируют бедственное положение науки в стране.
Особенно наглядно это прослеживается при сравнении ВУЗов с такими научно-исследовательскими организациями, как Институт химии им. В.И. Никитина, Институт ботаники, физиологии и генетики растений и другими, затраты которых на оборудование в 2016 году раны нулю!
Анализ доли затрат на исследования и разработки в рамках НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) во всех научно-исследовательских организациях позволил выявить весьма тревожную ситуацию, которая очень ярко и выпукло проявляется на примере Академии наук Республики Таджикистан.
Из 24 миллионов сомони, выделенных на НИОКР в 2016 году АН РТ 77,8% или более, чем 18,5 миллионов сомони было потрачено на зарплату сотрудников и менее 3% или 688,5 тысяч сомони – на оборудование.
И данный «перекос» в затратах наблюдается на фоне мизерных зарплат сотрудников всех научно-исследовательских организаций.
Так, среднемесячная зарплата научных работников-исследователей в системе Академии наук РТ составила от 700 сомони (около 78$) в Институте истории, археологии и этнографии им. А. Дониша и до 1402 сомони (около 156$) - в Институте философии, политологии и права им. академика А.М.Богоутдинова.
Не менее тревожная ситуация и в вопросах внедрения ИКТ (информационно-коммуникационных технологий) в деятельность научно-исследовательских организаций страны.
Анализ затрат на внедрение и использование ИКТ, обеспеченность компьютерами, наличие специализированных баз данных и др.параметров цифровизации таджикской науки позволяют утверждать о крайне бедственном ее положении.
Так, например, одним из важнейших параметров внедрения ИКТ в деятельность научно-исследовательских организаций является обеспеченность сотрудников компьютерами.
Проведенный в 2016 году экспертами сравнительный анализ показал, что показатель компьютеризации (количество компьютеров на 100 сотрудников) в научных организациях Таджикской Академии Сельскохозяйственных наук составляет 17 единиц, Академия наук Республики Таджикистан и Академии медицинских наук Министерства здравоохранении и социальной защиты населения - 26 единиц, в отраслевых научно-исследовательских организациях – 60 единиц, в ВУЗах – 72 единицы.
Итог анализа очевиден и цифры говорят сами за себя.
Информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) и наука Таджикистана
Не менее показательным является и сравнительный постатейный анализ затрат научно-исследовательских организаций и ВУЗов страны на ИКТ.
Так, например, затраты на внедрение и использование ИКТ в Академии наук в 2016 году составили около 155,5 тысяч сомони (155.477TJS), из которых почти 86% или 133,5 тысяч сомони (133.592TJS) было потрачено на получение и использование доступа к сети Интернет 344 персональных компьютеров. Количество формальных баз данных в АН РТ – 1.
Для сравнения: затраты на внедрение и использование ИКТ в ВУЗах страны составили 7,1 миллиона сомони (7.090.003TJS), из которых лишь 16,5% или 1,2 миллиона сомони (1.170.772TJS) было потрачено на получение и использование доступа к сети Интернет. При этом в ВУЗах страны используется 9 867 компьютеров, созданы и функционируют 14 формальных баз данных.
И в этом случае цифры все сами говорят за себя…
Научные достижения и перспективы
Что же в итоге? Как при таком положении дел развивается таджикская наука? Какими результатами может похвастаться? Например, в том же 2016 году.
Согласно отчетам в 2016 году были проведены научно-исследовательские работы по темам: 267 - с номерами государственной регистрации и 46 - без. При этом общее количество публикаций - 12 006, из них статей – 7 257, тезисов – 2 273, книг - 298, монографий – 190. Кроме того, получен 71 охранный документ – 2 патента и 69 малых патентов.
Возразим скептикам, недовольным скромными результатами научно-исследовательских организаций Таджикистана: судя по результатам, наука Таджикистана, пребывающая в бедственном положении, «творит чудеса».
Подводя итог краткому анализу состояния науки в Таджикистане приходится констатировать: нужны срочные меры по спасению науки в Таджикистане.
Необходимо в кратчайшие сроки разработать Национальную стратегию развития науки в Таджикистане,
законодательно закрепить минимальный ежегодный размер финансирования науки в минимальном размере 3-5% от ВВП,
предусмотреть создание специального Президентского Фонда научных грантов для финансирования перспективных научно-исследовательских работ ученых Таджикистана,
создать систему мониторинга и оценки эффективности научных изысканий,
стимулировать создание бизнес-инкубаторов, технопарков, коворкингов на основе научно-исследовательских организаций для развития инновационного бизнеса,
возродить эффективно функционирующую систему НИОКР в ВУЗах и на предприятиях Таджикистана,
в условиях ограниченности бюджетных средств приоритизировать финансирование различных отраслей науки, отдав предпочтение естественным, техническим, сельхозхозяйственным и медицинским направлениям, и т.д.
Предложений много. И суть большинства из них - в возрождении лучшего из опыта развития науки в советском Таджикистане. При этом в синтезе с передовыми практиками и достижениями в развитии науки как отрасли человеческой деятельности в западных странах. И претворять эти предложения в жизнь нужно незамедлительно.
Ну а для осознания масштабов бедствия в таджикской науке, обратимся вновь к мировому опыту.
Исследования, анализ состояния науки в разных странах мира и мониторинг общемировых процессов позволил экспертам создать весьма простую шкалу, позволяющую прогнозировать развитие науки в любом государстве современного мира. И цифры этой шкалы свидетельствуют не о грядущей, а о продолжающей набирать обороты катастрофе в науке Таджикистана.