Те стены, что пророков помнят -
Потрескались на швах
На плахе солнца блеск -
Она купается в лучах.
Когда людей на части рвет
Кошмар или мечта,
И не возложит нам венок
Глотая крики, тишина…
Судьбы железные врата,
Меж ними семя времени взошло.
И оросят его дела
Всех тех, кто знает все давно.
Их знание смертельно,
Когда границы не ясны.
Судьба же каждого отдельно
В руках невежи и ханжи.
Надгробьем будут мне сомненья
Когда закончу долгий путь.
Со смехом вспомню приключения
Постигнув завтра я слезами суть.
(Перевод, Рыцарь-Пилот 2019)
День выдался самый обычный, середина недели, однако я уже успел устать и не выспаться и потому очень хотелось посидеть с кем-нибудь поужинать в красивом месте, не задумываясь о калориях и времени суток, поговорить о чем-нибудь интересном, услышать что-то новое, послушать рассказы незнакомца... Впрочем, с возрастом круг общения сильно сужается, люди все чаще остаются вечером дома после работы, боясь оторваться от экрана и своего счастливого пред постельного безделья. Так и сегодня, полистав в телефоне потенциальных кандидатов на несогласованный ужин, я выключил экран и опустил айфон в карман, - пойду один.
Знакомые переулки были пусты, обыватели уже сидели по домам, радуясь, что вырвались из когтей московских пробок, светофоры уныло и бесцельно мигали, не находя себе никаких зрителей. С грохотом проехал мусоровоз и скрылся за углом Гагаринского переулка.
Вскоре я добрел до старого Арбата, и картинка радикально изменилась, откуда-то взялись люди, играла музыка, работали кафе, пахло всякой всячиной, бродили странные типы непонятного вида и рода занятий. Пробираясь сквозь толпу зевак вокруг унылого виолончелиста, игравшего что-то камерное у открытого для подаяния футляра, я нырнул в первое кафе наугад. Им оказалась маленькая бургерная, где наливали из крана холодное пиво, жарили при тебе картошку, посыпая ее тертым сыром и кусочками бекона, и подавали с аппетитными бургерами, каждый из которых, как пароход, - имел свое имя и из него торчала зубочистка с флагом. Я заказал себе кружку пива и, кажется, бургер «Леон» и уселся на высокий стул в центре зала. Мое одиночество было невыносимо и уже вскоре закончилась вторая кружка, а Леона все не было. Про себя с горечью подумал, что даже Леон не хочет со мной сегодня ужинать. От нечего делать я начал рассматривать рядом сидящих людей, но не найдя ничего интересного, я сосредоточился на донышке кружки и на какой-то момент потерял связь с реальностью. Мое сознание улетело далеко-далеко и почему-то зацепилось за воспоминания полугодовой давности, когда на пятой Авеню в Нью Йорке в приличном ресторане у Центрального парка я за чем-то прицепился к огромному негру-официанту с дурацкими расспросами по поводу того, кем был Сэнт Льюс. Негр чувствовал, что над ним издеваются, но совершенно ничего не мог этому противопоставить, потому что в меню ресторана были ребрышки «Sant Louis Ribs» и мое желание узнать кем же все-таки был Сэнт Льюс при жизни, свиньей, бараном или быком, вполне укладывалось в его круг компетенции..