Он как будто создан для проституции
Современный петербуржец, читая на столбе объявление «Отдых», понимает, что речь идет вовсе не об аттракционах. Проститутки — неотъемлемая часть городской жизни. Так было всегда, а в Петербурге особенно. Фотокаталоги «девочек» и ролевые игры придумали отнюдь не в наш развращенный век. Все это было еще до революции, пользовалось спросом и предлагалось совершенно легально.
Разврат не наказуем
Дореволюционный Петербург являлся уникальным городом по половому составу. Только здесь, да еще в Риме, мужчин было больше, чем женщин. С петровских времен они ехали сюда на заработки, учебу и службу. Семьи часто оставались в провинции, да и просто холостяков было немало. А как мужчине прожить без любви и ласки? Проституция в столице империи стала неизбежным явлением.
И раз уж это явление нельзя было искоренить, то власти решили его контролировать, дабы не подрывать здоровье армии, флота и госаппарата. Министр внутренних дел Лев Перовский в 1843 году ввел систему надзора за гулящими женщинами. И хотя разврат в России был законодательно запрещен, вставших на учет проституток и их содержательниц (маман или тетушек) не наказывали. Взамен хозяйки борделей (становившиеся по совместительству и агентами полиции) должны были платить врачам за обслуживание девушек, а сами жрицы любви регулярно отчитываться о своем здоровье.
И все же сифилисом болели 85 процентов официальных проституток Питера. А «нелегалки», коих было в разы больше, так и вовсе почти поголовно страдали от нехороших болезней. Лечить их в те годы толком не умели, так как антибиотики еще не изобрели. Единственное, что могли порекомендовать врачи подобным пациенткам, — дальше спать только с теми, кто тоже болен. Презервативы в то время уже были известны, но не пользовались спросом.
Желтый — цвет позора
Во время недолгого царствования Павла I продажным женщинам было предписано появляться на публике в платьях исключительно желтого цвета. Видимо, приличным дамам пришлось экстренно выкинуть все желтые наряды.
Позже желтыми билетами называли удостоверения билетных и бланковых проституток. Эти документы печатались на бумаге низкого качества и потому имели такой цвет.
Непристойные места
Самым развратным годом в истории Петербурга можно считать 1879-й. Тогда в городе насчитывалось 206 официальных домов терпимости, в которых трудились 1528 женщин.
Бордели располагались почти по всему городу. Элитные заведения работали даже на Миллионной и Итальянской улицах, в двух шагах от дворцов императора и великих князей. Ими изобиловали Вознесенский проспект, Измайловский, Загородный, набережные Обводного канала, Дворянские улицы на Петроградской стороне (сейчас улицы Куйбышева и Мичуринская). На Васильевском два больших дома на углу Малого проспекта и 4-й линии были сплошь заселены продажными женщинами.
Самыми непристойными считались бани «Гигиена» в Дмитровском переулке. Ни о какой гигиене там и речи быть не могло. Приличные петербурженки считали постыдным даже проходить возле этого места.
Редко в какой гостинице одиноких мужчин при заселении не спрашивали: «Вам комнату с женщиной или без?» Чаще всего этот вопрос задавали в нумерах на Лиговском проспекте. Близ железнодорожного вокзала работало особенно много куртизанок.
А вот на Невском официальных борделей не было — все-таки главная улица столицы. Зато там процветали всевозможные извращения. Прогуливались малолетние проститутки — девочки лет 10-12. Там же вечером под фонари, чтобы было лучше видно, выходили и продажные мужчины. В отличие от женщин, они не предлагали свои услуги в открытую, а лишь молча улыбались прохожим. Ответная улыбка клиента была знаком согласия.
Бордельные правила
(по положению 1861 года)
• Содержательницей может быть только женщина от 30 до 60 лет.
• Порог публичного дома не должны переступать несовершеннолетние — как работницы, так и клиенты. Кроме того, там не могут оставаться дети «мадамы» или проституток.
• Хозяйка имеет право на 75 процентов дохода «девочек».
• Проститутки обязаны проходить медосмотр два раза в неделю и подмываться раз в день.
• Бордель нельзя размещать ближе 150 саженей (около 320 метров) от школы, церкви или общественного здания.
• Внутри категорически запрещены портреты высочайших особ.
• Окна всегда должны быть закрыты ставнями. В случае проветривания никто не может подходить к ним. Двери полагаются двойные, с «тамбуром» между ними, чтобы с улицы нельзя было увидеть внутренний вид заведения.
Заработок для чухонок и немок
Чаще всего проститутками работали женщины от 18 до 30 лет, в основном бывшие служанки или дочки обедневших родителей. Они жили в борделях, в среднем по 5-7 человек. За год проститутка могла сменить 3-4 заведения. А вся ее карьера длилась года три. Потом следовало «увольнение» и переход в разряд низших проституток, а затем и скорая смерть от букета заболеваний, побоев и алкоголя.
Врачебно-полицейский комитет, ведавший публичными домами, служил еще и своеобразной сберкассой для секс-работниц. Туда можно было отчислять заработок. Часть его чиновники отправляли на содержание детей «ночных бабочек», воспитывавшихся в приютах.
Крайне редко проституткам удавалось вырваться из порочного круга. Обычно это было под силу лишь немкам и чухонкам (финкам). Подзаработав Петербурге, они возвращались в родные края и там продолжали жизнь порядочных домохозяек.
Нашим же соотечественницам скопить денег не удавалось. Те крохи, которые они получали от «мадам», тут же тратились на наряды, украшения, выпивку и сладости.
Деньги не пахнут
Существует легенда, будто одна богатая петербургская куртизанка завещала свое состояние на благотворительные цели. Но городская дума сопротивлялась: безнравственно пускать деньги, заработанные столь сомнительным способом, на благотворительность. Тогда гласный думы Франц Сан-Галли предложил на эти деньги организовать в городе общественные туалеты, которых до этого в Петербурге вообще не было. Предложение сразу приняли.
Материя для мужчин
«Продается светлая, мягкая, красивая и совершенно новая, неподержанная материя, специально для мужского костюма. Цена пять рублей за аршин», — такими предложениями пестрели журналы конца XIX века. И все понимали, из чего шился этот «мужской костюм». А пять рублей — цена за «неподержанность». Ибо «бэушная» материя стоила в среднем по городу 1-2 рубля. Как билет в Александринский театр.
Купить любовь мог любой желающий. Для ценителей были дамы по 30-50 рублей за ночь. А самые опустившиеся красотки брали по три копейки, а то и вовсе отдавались за тарелку щей или рюмку водки, лишь бы дотянуть до следующего клиента.
Всегда дороже ценилась экзотика — «грузинские княжны», «испанки», «французская маркиза» или «невеста». Естественно, «девочки» выходили к клиентам в соответствующих костюмах и играли нужную роль.
С 1880-х куртизанки начали выезжать вслед за клиентами на дачи и курорты. В Петергофе, в Озерках, Красном Селе открывались филиалы домов терпимости.
А с развитием фотографии появилась новая услуга. Мужчинам присылали фотокаталог, из которого можно было выбрать понравившихся девиц.
Аристократка или содержанка?
Иван Крамской написал «Неизвестную» в 1883 году. Сегодня эта молодая женщина в мехах и бархате, проезжающая по Невскому проспекту, может многими восприниматься как аристократка. Современники художника думали иначе. Наряд неизвестной —бархатное пальто, шляпка со страусовым пером, брошь с крупными жемчугами, тяжелый золотой браслет — выдает в ней даму полусвета. Женщины из высшего общества тогда одевались гораздо скромнее. Критики были единодушны: Крамской изобразил дорогую содержанку. На картине видно, что место рядом с неизвестной свободно. В то время благородные дамы одни не ездили — рядом с ними в коляске всегда сидели либо муж, либо слуга.
Автор текста: Елена Ожегова
Это интересно:
Типы петербургских проституток
► Камелии
Проститутки высшего света. Ухоженные и разодетые, они могли жить в роскошных домах или квартирах. Плату принимали драгоценностями, экипажами, мехами и особняками. Часто были постоянными любовницами всего пары-тройки мужчин. Офицеры могли хвастаться ими, как дорогими игрушками. Но брать таких в жены считалось позором. Часто они искали новых клиентов в театрах и ресторанах. Матушки приличных семейств возмущались их появлением в пристойных местах. Отцы были снисходительней, понимая, что их сынкам у кого-то надо набираться опыта. Полиция камелий не трогала, опасаясь их высокопоставленных заступников.
► Содержанки
Обычно «дарили» любовь купцам и мелким помещикам. Жили на их деньги, но отдельно.
► Официальные проститутки
Они состояли на учете в полиции и были обязаны регулярно являться на медосмотры, а в случае необходимости и лечиться. Разделялись на два типа:
• Билетные. Работали и жили при домах терпимости. Название получили от документа — билета, который им выдавала полиция взамен паспорта.
• Бланковые. Их документ назывался «бланкой». Трудились поодиночке. Кавалеров приводили либо к себе в квартиры, либо в дома свиданий.
► Тайные
Не состояли на учете в полиции, к врачам не ходили и работали при неофициальных борделях. Если их ловили, то могли отправить в тюрьму на одну-две недели, а сутенеров приговаривали к штрафу в 50 рублей, который окупался всего за одну «рабочую» ночь.
► Трущобные
Специализировались на городской бедноте. Трудились нелегально. Но еще имели «рабочее место». Клиентов обслуживали в местах обитания бедноты. Самыми известными питерскими трущобами была «Вяземская лавра», она же «дом князя Вяземского» (сам князь-владелец зданий уехал за границу, а помещения продолжали приносить доход). Располагалось это злачное место близ Сенного рынка и занимало целый квартал. 13 домов были объединены общей системой коридоров и проходов. Каждый угол сдавался в аренду. День и ночь в «лавре» без устали трудились жрицы любви — в отдельных комнатах, за перегородками и просто на лавках в проходах. «Вяземку» начали сносить в конце XIX века. По привычке девушки продолжали там работать до 1920-х годов.
► Гнилушницы или кабачницы
Низший класс проституток. Жить им уже было негде, ночевали, где придется. Слонялись по кабакам, рюмочным и трактирам и предлагали свое тело за копейки.
Материал из выпуска №13 журнала «Ваш тайный советник», тема номера — «Петербург отдыхает»