Фортепианный Олимп Ферруччо Бузони

Пожалуй, главное произведение Ферруччо Бузони – его фортепианный концерт. Во-первых, это невероятно сложное для исполнения сочинение, во-вторых, самое масштабное в этом жанре. К сожалению, фигура Бузони остается в тени, мало кто сегодня исполняет его произведения. Из-за высокой требовательности концерта к исполнителю его редко можно услышать вживую, а потому он не на слуху; но все-таки эта музыка и ее фактура гениальны и определенно достойны большего внимания со стороны публики. В основу концерта Бузони ставит концепцию музыки, которая существует обособленно от всего остального, это мелодия, освобожденная от всех миражей сюжетного полотна литературы и живописи.

В традициях фортепианного концерта структура произведения строится обычно на взаимодействии фортепиано и оркестра, где одно доминирует над другим. Например, основная мысль может быть раскрыта фортепианной партией (концерты Моцарта, Шопена), а оркестр выступает в качестве фона. Или же наоборот, доминанта отдана оркестру, аккомпанируют которому клавишные (концерты Бетховена, Чайковского). Бузони же уходит от такой структуры и ведет фортепианную и оркестровую партии параллельно друг другу, как бы делая их равными, за счет этого создается яркий музыкальный конфликт. Главная идея такого подхода – в освобождении музыки от оков традиций. Целью композитора было извлечь «новый звук», это особенно интересно в контексте творчества Бузони, который в своих произведениях все же обычно ближе к позднему романтизму, нежели новаторству.

Если оркестровая партия концерта создает некую цельную картину, то фортепианная – очень разнообразна и за счет этого несколько тяжела. Этот прием исполнителя-виртуоза Бузони можно интерпретировать как личные переживания конфликта «вечного» и «бренного». Наверное, именно поэтому в качестве финала произведения, чтобы «утихомирить жизнь», были выбраны заключительные строчки из поэмы Эленшлегера «Аладдин», где главный герой, подобно Фаусту Гёте, находит себя. Хотя сам Бузони был больше озадачен выводом формулы идеального звука – абсолютной музыки, нежели поэтическими аллюзиями и метафорической борьбой человека и рока. Однозначно можно сказать, что в своих поисках и стремлении к идеалу, интерпретируя музыку уже больше как математику, он идеально вписался в контекст XX века – века иллюзий, больших надежд и разочарований.

Послушать произведение можно в нашем телеграм-канале »