Когда моему сыну было около трех лет, у него в комнате жила воображаемая подруга, с которой он все время разговаривал. Он рассказывал нам о том, что она говорит с ним, и я слышала, как он болтал с ней перед сном. Я подумала, что это довольно мило.
Через несколько месяцев мой сын сказал, что больше не дружит с ней. Мы решили, что он уже прошел фазу “видеться” с ней, поэтому были удивлены, услышав, что он все еще разговаривает с ней по ночам. Потом он начал отказываться ложиться спать, и ему по ночам начали сниться кошмары.
В какой-то момент я начала задавать ему вопросы о ней. Я предполагала, что она была маленькой девочкой, но, по его рассказам, она была взрослой женщиной. Она жила в стене, и он перестал дружить с ней, потому что она хотела, чтобы он называл ее мамой (ее звали что-то вроде Марина). Она хотела, чтобы он был ее сыном и жил с ней в стене.
Он сказал, что больше не хочет с ней разговаривать, но она все равно приходила к нему.
В конце концов, мы переехали, и он перестал говорить о ней. Интересно, что когда я была беременна им (живя в той квартире), мне снилась женщина, сидящая за обеденным столом в нашей комнате. Комната была обставлена в советском стиле. Женщина вязала и заставляла меня слушать ее родительские советы, в то время как двое ее маленьких сыновей тихо сидели за столом.