«НОЧНАЯ РЫБАЛКА»

Дед Федор был для меня первым авторитетом после матери. С его суровой женой Екатериной, моей бабкой, отношений не сложилось. Возможно, в противоположность ее крепкой привязанности к моей старшей сестре. Но, я по этому поводу совершенно не переживал. В моих глазах дед: участник войны с Японией, знаток и специалист по всем возникающим жизненным вопросам - являлся неоспоримым кумиром и учителем. И, как оказалось, основа моей жизненной платформы всецело была заложена усилиями его и моей матери.

Город выросший при речке, способствовал массовому увлечению рыболовством его жителей. И дед не был исключением. Расположение его дома в трехстах метрах от реки вообще упрощало процесс рыбалки. Сбегать посидеть на берегу речки можно было в любой момент. Особенно, когда начинала ворчать часто чем-то недовольная бабка. Меня, еще малолетку, дед иногда брал с собой, но, днем. Настоящая же рыбалка, ночная, случилась после достижения мною пятилетнего возраста. Дед тогда, наконец-то, уступил моим домоганиям.

Местом для рыбалки выбрали на берегу реки рядом с Заливом. На самом деле - озером, примерным размером 200 на 70 (в самом широком месте) метров, которое всегда соединялось с рекой узкой горловиной около десяти метров. Здесь было лучшее место отдыха горожан. Уникальность Заливу давали всегда теплая (в сравнении с речной) чистая вода и наличие озерной и речной рыбы. Правда, лет через десять после описываемого события, ушлые приезжие военные сетями вымели рыбу из залива подчистую. А еще через двадцать, закрывшись от реки, озеро стало болотом. Выставив палатку (с моей, конечно, «помощью»), дед закинул в реку около десяти закидушек. Затем, с удочками, пошли на Залив. Так и провели время до сумерек, бегая на речку проверять закидушки, и возвращаясь к удочкам. С наступлением темноты рыбалка ограничилась речкой. После полуночи, перед отходом ко сну, одна из закидушек зацепилась метрах в двадцати от берега. «Внучек, сходи, отцепи», - говорит дед. «Конечно, деда!» - и раздевшись, вхожу в воду, держась за леску зацепившейся закидушки. Нужно пояснить, что дед плавать, увы, не умел. Я, пока, тоже. Зайдя в воду по плечи, делаю очередной шаг и, неожиданно, погружаюсь с головой, не находя ногой опоры. И, как будто, зависаю, разворачиваясь спиной к течению: одна, правая, нога еще касается дна, но, все тело уже во власти реки. Удерживает, пока, только леска, за которую держусь. Испугаться не успел. Инстинктом самосохранения потянулся в обратную сторону. И еще что-то конкретно помогло, подтолкнуло – я встал на правую ногу. «Нет, деда, там яма какая-то, глубоко», - говорю, выйдя на берег. Кряхтя от неизбежности холодной мокрой процедуры, дед раздевается и лезет в воду. Отцепляет, без каких-либо проблем, злосчастную снасть. «Там, у берега, танковая колея. Набили воины при малой воде, вот тебе и было глубоко», - сообщает потом мне. Поскольку я тогда сам не осознавал значения произошедшего чуда, ничего о нем говорить не стал. Но, позже, до меня дошло, что благодаря вмешательству совсем непонятного обстоятельства, я в ту ночь не утонул. Что это была за сила, не давшая реке меня забрать, остается лишь гадать.